Скэриэл шипел в трубку:
– Повторяю ещё раз, Ноэль должен переехать из этого дома. – Скэр замолчал, выслушивая ответ, но быстро прервал собеседника. – Неделя! Не больше.
Он отшвырнул несчастный смартфон в сторону. Я замер. Не хотелось попасться под горячую руку.
Ноэль. Я никогда прежде не слышал этого имени. С кем разговаривал Скэриэл? Я так привык к нашим посиделкам в моём доме, постоянному общению по переписке, что у меня начисто вылетело из головы, что, помимо меня, у Лоу могут быть ещё друзья.
– Долго ты там будешь стоять? – Скэриэл повернулся ко мне.
Его голос звучал спокойно. Он снова взял себя в руки или умело скрывал раздражение.
– Я только что подошёл… – Как пойманный на месте преступления, я спустился на кухню.
– Чушь, – безлобно хмыкнул Скэр. – Твоё дартвейдеровское дыхание тебя выдало.
Увидев меня, он громко рассмеялся. Я осмотрел себя и только сейчас понял, что на футболке (прекрасный вкус, спасибо, Лоу) красовался мультяшный единорог.
– Тебе идет, Готи. – Он пару раз ударил ладонью по столу в приступе истерического смеха.
Я закатил глаза и показал ему средний палец. Дождался, когда Скэриэл успокоится, и спросил:
– Кто такой Ноэль? – Не было смысла увиливать, у меня разыгралось любопытство.
Его улыбку как ветром сдуло. Впервые Скэриэлу нечего было ответить. Я удивлённо приподнял брови.
– Скажем так. – Он растягивал слова, чтобы дать себе время на размышления. – Знакомый из детства.
– Ты мне никогда о нём не говорил.
– Мы с ним не близки.
– Но сейчас у него какие-то проблемы?
– Это допрос? – ощетинился Лоу.
Я пожал плечами (перенял его привычку) и изобразил равнодушный вид «не хочешь – не говори, не больно-то и хотелось».
Скэриэл в знак примирения пододвинул ко мне тарелку с сэндвичем. Сыр и ветчина – моё любимое сочетание. Видимо, успел приготовить, пока я был наверху.
Я откусил кусочек. Лоу уселся напротив меня.
– Почему твой дом выглядит так, как будто ты въехал только вчера?
– Я тут бываю нечасто, а из Эдварда плохая домохозяйка.
– Кстати, где он?
– Уехал по делам.
– Скэриэл поднялся и налил мне стакан сока. Слава богу, не апельсиновый. Мне его хватило в «Глубокой яме».
Я откусил ещё. Мне показалось, что Скэриэл разговаривал по телефону с Эдвардом. Но я никак не мог взять в толк, какие у них отношения. Он вёл себя так, как будто Эдвард не родной дядя, а наёмный работник.
– А теперь поговорим о ваших вчерашних приключениях, молодой человек. – Лоу изобразил моего отца, и я скривился.
Чёрт.
