– Если бы не Оскар, который бросился на твой автомобиль, как на амбразуру, то мы бы уже давно осмотрели Готье. Оскар отнял всё наше время, а потом ещё и этот арабский.
– Что значит «мы»? Я не позволю тебе смотреть на него без рубашки.
– Когда-нибудь ты начнёшь относиться к Готье как к принцу, а не как к своей собственности.
– Не в этой жизни. Он мой брат, нравится тебе это или нет.
– Он брат тебе только на бумаге.
Люмьер внезапно опустил руку под стол и тихо похлопал себя по бедру, привлекая моё внимание.
– Хочу чего-нибудь горячего. Как насчет выпить по чашке чая? – вдруг сменил он тему.
– Неплохая идея. – Гедеон устало поднялся, следом за ним – Люмьер.
– Я помогу тебе, – проговорил Люмьер.
– Я способен заварить чай.
– Вот же ты колючка, что раньше, что сейчас. Ненавидишь любую помощь. Я просто постою рядом и займу тебя своей болтовнёй.
– Лучше просто помолчи, сделай мне приятно.
Они направились на кухню. Люмьер задержался в дверях и ещё раз похлопал себя по бедру. Я выглянул из-под стола.
Он стоял ко мне полубоком и незаметно от Гедеона указывал на лестницу.
Я бесшумно вылез и быстро пересёк расстояние до лестницы, благодаря всех богов за Люмьера. Как мне осточертел этот стол и всё, что с ним связано.
Киллиан Парис Бёрко.
Неужели это правда?
Слово автора
Я всегда считала, что мой самый главный талант – это способность окружить себя потрясающими людьми. Они не должны оставаться в стороне, когда «Сорокопут» наконец вышел в свет. Страна должна знать своих героев в лицо или хотя бы по имени.
Я обязана упомянуть здесь всех тех, без кого «Песнь Сорокопута» могла бы и не быть. Это люди, которых я прежде не знала, но судьба свела нас в одну крепкую команду.
Если вернуться в 2019 год, когда я только начала публиковать главы, то первыми откликнулись на мой зов Баширов Максим и Сафиуллина Эльмира. Они стали моими редакторами, но самое главное, они поддерживали меня морально и давали обратную связь, которой мне, как новичку, чертовски не хватало.
Спасибо Максиму, который почти бил меня по рукам, приговаривая «хватит редактировать одно и то же, пиши главы дальше», и Эльмире, которая защищала оформление моих диалогов от непрошеной критики, чуть ли не угрожая всем справочником Розенталя. Возможно, не имей я их поддержки тогда, сейчас вы бы не держали эту книгу в руках.
Будет преступлением не сказать про Яковлеву Викторию. Сложно объяснить сколько всего этот человек сделал для меня и для этой книги.
