После обеда пришел Говард, принесший с собой разных сладостей, и, несмотря на то, что я объелась ими вчера, была этому несказанно рада, так как посчитала это шагом с его стороны к возобновлению наших отношений на прежний уровень. Он до позднего вечера пробыл у меня в комнате. Мы сидели на кровати обнявшись, обсуждая прошедшую неделю, делились своими впечатлениями о некоторых преподавателях. Тепло его тела действовало на меня успокаивающе. Мне казалось, что все наши проблемы позади. Но от мысли испытать на нем эликсир верности, так и не отказалась.
Новый день сегодня я встречала уже не столь радостно, как два предыдущих. Берте пришлось приложить немного усилий, чтобы достучаться до меня, ведь я усиленно отказывалась отзываться на ее голос. Но моя соседка умела добиваться своего, и мне все же пришлось встать. Открыв шкаф, я принялась недовольно возмущаться, вспоминая нехорошими словами Винсента, ведь только по его вине я вынуждена была пять дней в неделю ходить в траурных нарядах. Надеялась, его мучила безудержная икота в то время, как я о нем вспоминала.
Моя душа требовала протеста, и я пошла у нее на поводу. Несмотря на то, что я надела черное платье, не забыла и про широкий красный пояс. Сегодня в расписании не значилась гербология, следовательно, идти закладывать будет некому, а в обед так уж и быть, сниму, чтобы не махать у быка под носом красной тряпкой, вернее, поясом. Хотя…
Говард снова стал прежним: заботливым, нежным, внимательным. Мне напоминало это ходьбу по замкнутому кругу, но я старалась заглушить в себе ворчливый внутренний голос, надеясь, что мы все же выберемся из него.
Я улыбалась, невзирая на страх, поселившийся в душе, так как боялась увидеть осуждение в глазах Ингрэма, как только с ним встречусь. Мне хватало и того, что я сама себя корила, задавая вновь и вновь один и тот же вопрос: что это было?
В аудиторию, в которой проходили лекции по основам некромантии, я вошла одной из первых. Заняв привычное место, стала ожидать вынесения приговора. Хоть и делала вид, что читала конспект, но появление брюнета заметила.
Сердце стучало все сильнее по мере того, как он приближался к моей парте.
— Привет! — прозвучал, как всегда, ровный голос, не выражавший никаких эмоций.
— Привет! — отозвалась я, стараясь придать своему голосу решительности и нацепив улыбку. Он посмотрел на меня с интересом, а затем сел рядом.
— Как прошли выходные? — задал Ингрэм вопрос после затянувшейся паузы.
— Пролетели, — усмехнулась я.
