— С кем не бывает, — отозвалась я после того, как поприветствовала его.
— Мы последнее время стали так мало видеться с тобой. Может, давай встретимся сегодня вечером. Я зайду к тебе после отработки, — он давно уже так ласково со мной не разговаривал. Меня это и радовало, и настораживало одновременно. Из-за Берты я стала порой сомневаться в его искренности.
— Говард, к сожалению, я буду занята, — теперь уже настал мой черед чувствовать себя виноватой.
— И сегодня, и завтра? — удивленно спросил Говард.
"
"— Так получается, — пожала плечами. Рассказывать ему про то, что вечером у меня уже назначена встреча с Ингрэмом я не собиралась, иначе он вспылит в очередной раз.
— Тогда я пораньше сегодня лягу спать, — широко улыбнулся он и сменил тему разговора, отчего я разнервничалась еще больше. Мне непременно стоит заглянуть вечером, даже после практики с Ингрэмом. У меня никак не выходил из головы тот момент, когда я упала к нему на колени. Возможно, мне просто не хватало романтики.
Я не стала засиживаться в столовой, так как чувствовала себя неуютно, встречаясь порой взглядом с Винсентом, и направилась в аудиторию, где у нас должна была состояться лекция по бытовой магии. Больше половины группы уже сидели на своих местах. Буквально вслед за мной зашел магистр Алазард. Не слишком ли много его для одного дня?
— Прошу минуту внимания! — громко произнес наш куратор, словно в кабинете стоял шум и гам. — Через десять дней состоится конкурс талантов между факультетами первого и второго курсов, поэтому определитесь, кто будет выступать от нашей группы и продумайте номер.
Возможно, у вас уже есть какие-либо предложения?
Обычно столь тихие адепты недовольно принялись возмущаться: «Оно нам надо, это выступление?» Оказывается, они могут и зубки показать. Все в один миг уставились на меня.
— Адептка Стерн, может, у Вас есть скрытые таланты? — поинтересовался магистр Алазард.
— Конечно, есть! Я могу стихи прочесть, — гордо заявила во всеуслышание.
— Могу продемонстрировать.
Я не стала дожидаться их просьб показать свой талант, взяла стул, который поставила посередине аудитории, ловко забралась на него, набрала в легкие побольше воздуха и принялась с таким воодушевлением рассказывать стишок:
Гром гремит, земля трясется,Это ректор к нам несется,За массивный стол садится,Начинает на всех злиться:— Ты отчислен! Ты уволен!Пять дежурств на полигоне.
