— Вот интересно, адептка Стерн, кто еще решил Вас так одарить? Да Вы скоро будете похожи на огромный маяк в ночи, разгоняя собой тьму, — я догадалась, о чем он говорил, но сделала вид, что не поняла, опустив голову в тетрадь.
Лорд Эванс просидел у меня в комнате около двух часов, листая страницу за страницей своей газеты, которая по щелчку пальцев сменилась толстой книгой. Я пару раз заглянула в нее, желая понять, что он мог так увлеченно читать, но текст был размыт. Значит, на нем стояла защита от адептов.
Когда он все-таки поднялся из-за стола, я облегченно вздохнула, но не тут-то было. Он переместился на мою кровать. Я ошарашенно на него посмотрела, а внутри с непомерной скоростью разрасталось возмущение. Спустя мгновение меня просто распирало от такого наплыва чувств.
— Что-то не так, адептка Стерн? — взволнованно спросил Винсент. Ага, как же, сама невинность-таки.
— Нет, что Вы, лорд Эванс. Отдыхайте-отдыхайте, — ответила я, нацепив улыбку, а он снова уставился в свою книгу.
Спустя полчаса Винсент все-таки поднялся, молча подошел к своему багажу и принялся избавлять от него мою комнату.
— Это я заберу с собой в качестве компенсации за нанесенный моральный ущерб, — проговорил он, взяв в руки тарелку с печеньем, после того, как исчез последний его чемодан. — К следующему разу приготовьте еще, — съехидничал Винсент. Ну уж нет, этому не бывать! — Спокойной ночи, адептка Стерн, — попрощался ректор, а затем исчез.
— Угу, — протянула уже без него и продолжила читать, стараясь вернуть своей душе покой.
— А где все печенье?! — возмутилась Берта, зашедшая в комнату через полчаса после него.
— Ректор забрал, — недовольно пробормотала я.
— Думала, что мне показался его голос. Ну и жадина, хоть бы пару штучек оставил. Такой вечер испортил, — огорчившись бросила она перед тем, как уйти к себе.
— И не говори, — вздохнула я, надеясь, что этому безумному дню все-таки настал конец.
Когда ночью пришел незваный гость, я думала, он по привычке ляжет спать у меня под боком.
Но не тут-то было. Стоило ему запрыгнуть на кровать, как он принялся громко фыркать. Так продолжалось около пятнадцати минут, а затем он и вовсе ушел. Интересно, чем он так был недоволен сегодня?"
"С самого утра я не находила себе места, и даже толком не смогла позавтракать. Мне казалось, что если я в очередной раз потерплю неудачу, то мне и вовсе не суждено никогда сварить это зелье.
