В глубине души она уже знала, что там написано.
Кто будет искать тебя, когда ты исчезнешь?
P. S. Этому фокусу я научился у тебя: первый сезон, пятый выпуск.
Готова к следующему трюку?
Страница была залита призрачной кровью Стэнли, стекавшей с не менее призрачных рук Пиппы. Нет, руки были настоящими. А вот сердце в груди пропало, оно съежилось и скатилось куда-то в область желудка, растворяясь в кислоте.
Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет.
Как ему удалось?
Пиппа обернулась, дико вытаращив глаза и задыхаясь, высматривая гостя в каждой тени.
Повсюду чудился Убийца КЛ. И все же она одна. Его здесь нет. Как же он умудрился…
Взгляд снова замер на принтере. Принтер беспроводной, следовательно, отправить документ на печать может всякий, кто находится в пределах досягаемости.
Значит, он совсем рядом!
Убийца КЛ.
Он здесь!
Возле дома или уже внутри?
Пиппа уставилась на измазанную страницу в руках. «Готова к следующему трюку?» Что за трюк имеется в виду? Он заставит ее исчезнуть?
Надо выглянуть в окно.
Убийца может стоять там, на дорожке. В окружении мертвых птиц и меловых рисунков.
Пиппа повернулась и…
В комнате раздался металлический визг.
До ужаса громкий.
Невыносимо громкий!
Пиппа зажала руками уши и выронила лист.
Нет, это был не визг, а рев гитары, вопящий и плачущий, а с ним — барабанный грохот, от которого затряслись полы.
Потом раздались крики. Утробные голоса: демонические, издающие совершенно нечеловеческие звуки.
Пиппа вскрикнула, не услышав себя. Ее голос затерялся в грохоте.
Исчез.
Прислушиваясь сквозь руки, она повернулась в ту сторону, откуда несся грохот. Опять стол. На сей раз другой угол.
Моргали светодиоды беспроводной колонки.
Динамики ревели на полную мощность — в ночи по блютусу играл дэт-метал.
Пиппа беззвучно закричала, запнулась о собственные ноги и рухнула на колени.
Одно ухо пришлось зажать рукой: оглушающая музыка ввинчивалась в мозг. Пиппа потянулась к сетевому фильтру под столом. Ухватилась за провод. Дернула.
Тишина.
Но не совсем.
В ноющих ушах раздался скрип — едва ли не такой же громкий, как и заткнувшаяся наконец музыка.
Из открывшегося дверного проема крикнули:
— Пиппа!
Она снова взвизгнула и прижалась к ножке стола.
На пороге возник силуэт. Слишком высокий и с лишней парой рук.
— Пиппа? — произнес Убийца КЛ голосом папы, и в комнате вспыхнул свет.
У дверей в пижамах стояли родители.
— Какого черта ты творишь?! — рявкнул отчим, вытаращив глаза. Он был не просто зол, а напуган.
