А затем спросил:
— Это тот самый меч, который ваша мать держит на картине?
Лоя, казалось, удивил его вопрос. Он махнул рукой, отпуская сына, а затем ответил:"
"— Да, это Пылающий. Моя мать получила его в тот день, когда зажгла Источник в Эире. И я вернул его обратно. И положил начало династии Пламенных Но-Хина.
Хайен сел на подушку перед Лоем и спросил:
— Ройвиру — тоже Пламенный.
Тот спокойно ответил, поглаживая белые ножны:
— Разумеется. И его братья и сестры тоже. Впрочем, с Нацу ты уже знаком.
Хайен тут же вспомнил дворец и сон маленькой девочки, а затем ляпнул:
— У вашей внучки удивительный дар.
Три вида магии.
Лой прикрыл глаза и ответил:
— Знаю. Но я позвал тебя сюда не для того, чтобы обсуждать мою семью.
— Вы обещали, что я получу возможность помочь Хели, — напомнил юноша.
— Обязательно, — кивнул Лой. — Но сначала ты должен рассказать мне о том, что с вами произошло. Точнее, что произошло в тот момент, когда Энди оставил тебя в целительском крыле.
С минуту Хайен думал. Рассказывать о золотом камне и снах совсем не хотелось.
И он постарался обойти эту историю так, как мог. Конечно, про участие артефакта в подпитке ищейки рассказать пришлось. Но, кажется, это не сильно взволновало Лоя.
— Очень рискованно, — покачал головой он, когда Хайен закончил свой рассказз. — Сиду не стоило полагаться на дочь. Она недооценила противника и теперь пожинает плоды. Надеюсь, ты понимаешь, что ни один из вас мог оттуда не вернуться.
Но Хайен заговорил о другом:
— У них была какая-то орочья отрава.
Все, кем управлял этот Серый, дали понять, что источник заговора — за Харнаром. Нужно объединиться с эльфами и выступить против орков…
Лой вздохнул:
— Тебе так понравились эльфийские темницы, что ты жаждешь туда вернуться?
— Нет, — ответил Хайен, — но людей-то они к себе пускают.
— Но о помощи не просят и не примут ее, — с горечью произнес брат Хели.
И только в этот момент Хайен вспомнил, что в Мерцающем лесу живет его бабушка и другие родственники А значит, ему тоже не все равно.
— Ну, наверное, они попросят о помощи. Если им будет трудно. Кажется, в последней войне с орками сражались и люди.
— Сражались, — согласился Лой. — А ты знаешь, сколько эльфов погибло к тому времени?
Юноша покачал головой, хотя по тону своего собеседника понял, что достаточно. И Лой с горечью продолжил:
— Нашу помощь они примут только тогда, когда потери превысят все мыслимые и немыслимые цифры. И повлиять на это решение никто из нас не в силах.
