Друг не пошевелился, а Хели не спешила отстраняться, поэтому Хайен притянул ее к себе и поцеловал. Тонкий ручеек темной магии хлынул в ее покореженный источник, и тот дрогнул в ответ, силясь отдать частичку себя. Но ничего не выходило, и он только поглощал ту магию, которой делился Хайен.
Энди заворочался, и только тогда Хели отпрянула и тут же исчезла в огненной вспышке. Друг приоткрыл один глаз и пробормотал:
— Ты куда?
— Уже вернулся, спи, расскажу утром, — поспешно ответил Хайен.
Энди перевернулся на другой бок и засопел.
А Хайен сбросил сапоги, забрался в постель и подтянул колени к груди. Спать теперь совсем не хотелось. Произошедшее не шло из головы. Он потерял контроль. Поранил Хели. Раньше такого не было. Что же с ним случилось тогда, в комнате отца? Почему его магия стала работать иначе? Юноша смотрел в окно и тщательно перебирал в памяти события, пытаясь понять, что могло пойти не так.
В этой позе и застал его Энди, когда проснулся с рассветом. Друг подозрительно посмотрел на него и спросил:
— Ты чего?
Хайен ответил вопросом на вопрос:
— А ты чего? Ты с тех пор как мы вернулись, сам не свой.
— Я волновался… — отвел взгляд он.
А затем нехотя добавил:
— Тебе меня не понять, наверное. Ты один, а я… У меня большой род, и внутри него сейчас нет согласия.
Хайен посмотрел на него новым взглядом и прозорливо спросил:
— Тебе предлагали держаться подальше от темного эльфа?
— Наоборот, — мрачно ответил Энди. — Предлагали держаться поближе. В интересах рода.
— И чем тогда ты недоволен?
— Есть кое-что… Кое-какие вещи происходят за спиной моего деда, и я не считаю, что это правильно.
— Так скажи ему, — посоветовал Хайен.
Энди тяжело вздохнул:
— Тогда пострадают другие дорогие мне люди. Ничего. Я разберусь. Кроме того, пока я в Алом замке, могу ни в чем не участвовать, а просто учиться.
Хайен не сомкнул глаз всю ночь, и сил думать еще о проблемах Райсов не было. Пробежку никто не отменял, и внизу их ждал магистр Лин. То, что учитель был в бешенстве, все поняли сразу.
От эльфа шло ледяное спокойствие. Хайен успел отметить, что чем спокойнее выглядит магистр, тем большие неприятности их могут ждать. Но учитель не спешил обрушивать громы и молнии на головы нерадивых адептов. Когда они возвращались в замок с пробежки, Рийса задумчиво сказала:
— У меня такое чувство, будто его кто-то уже вывел из себя. Кто-то из нас.
— Это мы, — вздохнула Хели.
— Да когда вы успели? — изумилась Рийса.
— Ночью, — скрепя сердце признался Хайен.
