Черные колючие ветви хлынули из-под его ног. Прямые и острые, как стрелы, побеги разбили заклинания Эйке и тут же втянулись обратно. Хайен чувствовал, что сила, унаследованная от отца, клокочет внутри и жаждет явить свою собственную мощь, но было рано. Эйке должен выложиться на полную.
Но-хинец атаковал целой серией простых заклинаний воздузха. На этот раз Хайен не шевельнул и пальцем, чтобы ответить. Темная магия все сделала за него. Юноша скрестил руки на груди, и увидел, как сверкнули глаза противника. Хайен ответил ему снисходительной улыбкой, надеясь, что Эйке не видит, как сложно ему держать эту магию в узде.
Не видит, что по вискам Хайена уже катятся первые струйки пота. Сегодня юноша был твердо намерен победить старшекурсника с помощью темной части своей силы. И, стиснув зубы, встретил новую атаку.
Надо отдать должное Эйке, тот не позволял чувствам овладеть собой. Вид ухмыляющегося первокурсника, который сложил руки и дал понять, что для победы ему не придется шевельнуть и пальцем, не заставил его забыть об осторожности.
Он только начал медленно и неумолимо усиливать натиск. Каждое заклинание Хайен разрубал на подлете с помощью шипастых ветвей. Но-хинец не сдавался и продолжал методично атаковать, следуя одному ему понятной логике и наблюдая за противником.
Хайен защищался, и сдерживаться становилось все труднее. Черные плети начали ветвиться и не желали исчезать, а нехотя сворачивались у его ног. Сдерживать рвущуюся изнутри силу становилось все сложнее. Он знал, что если перестанет использовать ее, то все закончится, он сможет задавить ее и перейти на целительский источник.
Но тогда победа достанется Эйке, а с этим Хайен не был готов смириться. Как и тот — со своим поражением.
Следующее заклинание было впечатляющим. Больше всего это напоминало белых светящихся птиц с бритвенно острыми клювами, которые стремительно атаковали Хайена. Уничтожить их оказалось уже не так легко. Пока шипы методично и медленно разрывали на куски порождения воздушной магии, Эйке бросился вперед.
Хайен попытался достать его следующей порцией шипастых ветвей, но на шее но-хинца вспыхнул какой-то амулет, и побеги оказались развеяны, все до единого.
В глазах Эйке сверкнуло торжество. Он уже стоял рядом с Хайеном. Между тонких пальцев противника юноша увидел еще один сверкающий белизной амулет и каким-то шестым чувством понял — это не должно его коснуться.
Но было поздно. Камень в руке но-хинца вспыхнул, выпуская на волю заклинание огромной силы.
