Кстати, Роксана до сих пор винит меня в неудачной личной жизни, потому что я по итогу выбросила ту сумку как улику, на случай если спецназ ворвется к нам с обыском.
– Спецназ… с обыском… – Андрей тихо сдавленно смеется и вытирает уголки глаз.
– Это все, на что мы способны? – шепчу я, вдруг слегка загрустив.
Мы в красивом месте, оба симпатичные и в целом-то молодые. Пьем не очень вкусное пробковое вино и… от нас все равно веет скукой смертной.
– Однажды я сдал работу, где ширина букв была не один к шести, а один к семи, – делает еще одну попытку Андрей.
– Почему-то неверно посчитал. И не стал стирать, грязь бы получилась.
– Ладно, это хуже елки. – Я чокаюсь бутылкой с его протянутым мне кулаком, делаю глоток и передаю вино ему. – А я общаюсь с парнем, на котором помешана моя лучшая подруга. Ничего такого, он мне даже не нравится. И я честно пытаюсь не общаться с ним, но… для нее наверняка это важно. И она придаст этому много значения. Обидится… А она ему совсем-совсем безразлична, он ее имени-то не помнит…
– Это хуже сумки, – заключает Аполлонов, и мы повторяем ритуал.
– Мы плохие, скучные люди, – констатирую я.
– А слабо прыгнуть отсюда в реку? – вдруг спрашивает Аполлонов. Неожиданно. Одним махом допивает вино, а потом встает на ноги и смотрит на меня.
– Что? – Я смеюсь, поднимаясь вслед за ним. – В одежде? Вот прям так и прыгнуть?
– Да. Купалась когда-нибудь в одежде?
– Нет, никогда – Мне смешно."
"Аполлонов скидывает кроссовки, я делаю то же самое. Мы уже знаем, что это произойдет, потому что достаточно пьяны и оба, кажется, не хотим возвращаться к столу.
– А вдруг там на дне стекла? – спрашиваю я, аккуратно ставя обувь в сторону, Аполлонов – рядом свою. Мы просто два перфекциониста-отличника с замашками на ОК[8].
– Или река недостаточно глубока, и мы свернем головы, – пожимает плечами он.
– Она может быть грязная и токсичная. Инфекции, бактерии…
– А может, там живут ядовитые змеи.
Бр-р, меня передергивает.
– Или пиявки.
– Фу.
– Фу.
Мы смеемся, на каком-то адреналине перекидываем ноги через ограждение.
До воды метра полтора, совсем немного. Мне даже не страшно, но по-прежнему очень весело.
– Раз…
– Два….
– Три-и-и! – кричим хором и прыгаем в воду, которая оказывается неожиданно холодной. Глубина приличная, я не достаю до дна, но не пугаюсь, как могла бы. Потому что могу думать лишь о том, что Аполлонов держит меня за руку. Он взял меня за руку перед самым прыжком, а дальше все как в тумане.
