"
"– Там дождь, я подвезу, – на одной ноте произносит Аполлонов, не оборачиваясь, и мне приходится зажмуриться, чтобы мысленно себя отругать.
Не нужно радоваться. Нет. Но как же перестать? Если сейчас Андрей повезет меня домой. Мы будем находиться только вдвоем в замкнутом пространстве его тесного автомобиля и…
– Анна? Вы в порядке? – Он встает за моей спиной, и я чувствую его горячее дыхание на открытой шее. Волосы у меня забраны в высокий пучок и заколоты карандашами.
– 8B и 2H? – усмехается Аполлонов, прочитав жесткость на корпусе карандашей.
– Странный выбор.
– Я рисовала… в перерыве, – снова начинаю запинаться, растерявшись от его близости. Язык не слушается, немеет. Может, я заболела чем-то серьезным? И в жар меня бросает совсем не из-за Аполлонова?
– Самый мягкий и самый твердый из стандартного набора. Обычно все любят работать мягкими, но я и забыл, что у вас другие… предпочтения.
– Да, я люблю жесткий, – бормочу, не думая о том, как двусмысленно звучит. – Это сложнее, но линия выглядит четче, светлее, больше нюансов.
Я знаю, что это не очень правильно, но я не люблю грязь и пыль.
– И что же тогда тут делает восьмой?
– Не знаю. Решила попробовать что-то новое. Я всегда покупаю себе твердые, они быстрее всего заканчиваются, а тут нашла дома коробку «Кохинора»… С первого курса оказался жив целый набор мягких карандашей, – говорю быстро, будто тороплюсь куда-то, слишком часто дышу, пока мы ведем этот странный диалог. – И вот попробовала…
– И как?
– Все-таки не мое.
Я пытаюсь развернуться к Андрею лицом, но он не дает.
Кладет руки мне на плечи и удерживает на месте.
– Замри. Не провоцируй меня.
Что?
Я чувствую, как к макушке прижимается что-то теплое. Его щека? Смотрю на наше отражение в стеклянной перегородке, и сердце замирает – Андрей и правда стоит с закрытыми глазами, прижавшись ко мне щекой. После оживает, и я наблюдаю, как он отрывает от меня свою руку, чтобы вынуть из волос карандаши. Разбирает пальцами мой пучок и довольно ухмыляется в отражении.
– Так-то лучше, – выдыхает мне в затылок, а я опять пытаюсь развернуться, но тщетно.
– Тш-ш, не дергайся. Пожалуйста.
– Почему?
– Потому. – Он устало ухмыляется мне в волосы. – Поехали?
– Да… Наверное…
– Своей неуверенностью ты сбиваешь меня с толку. – Тепло от его дыхания прокатывается по всему телу. – Говори определеннее.
– Вы же тоже чувствуете это? Почему не поддаетесь желанию? Что в этом такого? Неужели вам претят связи со студенткой?
Не дышу и не моргаю, пока жду ответа.
