Поэтому молча закатил первое колесо на ступеньку лифта. Каталка накренилась, и сумка снова оказалась у меня на груди.
Хотелось, чтобы приспособление двигалось быстрее. Но пришлось ждать. Вскоре колёса заскребли по металлической площадке сверху. Я ускорился, лавируя между людьми, и выдохнул, когда каталка въехала в лавку:
— Всё!
— Я не зря в вас верила! — сказала лекарша из-под повязки на лице. Она держала перед лицом руки в белых перчатках без швов. На её голове была смешная голубая шапочка, а поверх костюма — халат, надетый задом наперёд.
— Евгения Александровна, помогите барышне.
Дама постарше засуетилась, расстилая поверх каталки материал.
— Благодарю вас, вы свободны, — поставила меня перед фактом Полинандревна, не дай Мать такоe имечко.
И отвернулась, возвращая внимание даме, кoторая с поддержкой второй лекарши пыталась подняться. Ей было тяжело и больно. Я подбежал и помог, придерживая за спину и локоть.
— Спасибо, — улыбнулась роженица. — Как вас зовут?
— Лео.
— Это «Лев» или «Леонид»?
— Леонарду.
— О как! — цокнула языком Поля.
— А интересное имя, да? — обратилась дама к лекарке.
— Всё, всё, молодой человек Леонардо, — развернула меня к двери вторая лекарка и подтолкнула к выходу. — Спасибо, дальше мы уже без вас.
И закрыла за мной дверь.
ГЛАВА 9
Подсматривать за процессом рождения будущего Леонарду и подслушивать вопли несчастной женщины совсем не хотелось. Это дело женское, наше мужское сделано девять месяцев назад. А учитывая, что оно было сделано не мной, тем более мне здесь делать нечего.
Потом, когда увижусь с Полей возле мальчишки, можно будет спросить, кто всё же родился и как назвали ребёнка.
Я же пошёл дальше по торговому центру, присматриваясь не только к товарам, но и к покупателям. В очередной обувной лавке я выяснил, что цена на бумажке под ботинком указывается за пару. Ну просто у них такая шутка, чтобы приезжих с толку сбивать. Я всё же купил дырявую обувь, чему был невероятно рад, и начал приглядывать себе одежду. И даже примерил рубашку без завязок и пуговиц, какие видел и на женщинах, и на мужчинах.
Я понял, как она надевается. Всё оказалось просто: она растягивается!
Нужно было всего лишь придумать ткань, которая будет растягиваться.
Футболка — так называлась эта одежда, шла мне замечательно. Так сказала продавщица, довольно молодая особа. Она же намекнула, что не прочь провести со мной вечер. Я вынужден был признаться, что, скорее всего, вечера у меня не будет. А завтра — тем более.
