Повозки, смотри, без лошадей, сами ездят.
— Так это ве мафыны!
— «Мафыны»?
— Ну что за человек такой! — мамаша дернула ребенка за руку. — Ну не выговаривает ребёнок букву, зачем дразнить-то! Скажи: «машина»! — обратилась она к девочке.
— Машина, — послушно проговорила та.
— Вот молодец! — обрадовалась женщина. — Я же говорила, всё у тебя получится! Идём, доча, нам зеленый.
Повозки — «машины» — остановились, пропуская людей. На другой стороне улицы светился зеленый шагающий человечек. Οн не только светился и шагал, но ещё и противно пищал.
Возле столба с человечком толпа разбилась на два ручейка. Один тёк налево, другой — направо. Я решил пойти в сторону, противоположную женщине с любопытной дочкой.
Люди куда-то торопились, потом вставали в кучки, а потом втискивалась в двери огромных «машин». Вот в их недра я точно пока не был готов заглянуть, потому пошёл дальше. Идти можно было, сколько хочешь. Город был огромный. Дома всё же немного отличались друг от друга, я научился их различать: по цвету, высоте, вывескам.
А вот деревьев по-прежнему было мало.
* * *Солнце стало припекать, и стало жарко. Моя одежда была предназначена не для пеших прогулок в зной. Поэтому когда я увидел впереди деревья, с радостью к ним поспешил. Их ограждал кованый забор, но люди свободно заходили в открытые ворота, в них не было заметно стражников, и я рискнул. Никто меня не остановил, не окликнул. Здесь действительно было много тени. Между ровными рядами деревьев располагались вымощенные фигурным камнем дорожки, вдоль которых, среди цветущих кустарников, стояли скамьи кованой отделкой.
Не такие красивые, как у нас, но всё же. Я выбрал место потенистей и живописней, и сел, раскинув руки и вытянув ноги. Οткинул голову на закругленную спинку, закрыл глаза и задумался. Моё первое знакомство с новым миром нельзя было назвать многообещающим. Было ясно одно: он очень сильно отличался от нашего. Нужно найти того, кто объяснит мне правила. Но как это сделать так, чтобы не вызвать ненужных подозрений? Я судил по себе — у меня Альёна, утверждавшая, что попала к нам из чужого мира, вызывала только подозрения.
— Мужчина, а вы в кино снимаетесь? — вывел меня из размышлений женский голос.
Я открыл глаза.
Передо мной стояла полная женщина, которая держала за руку такую же полную девочку-подростка. Девочка былa одета в короткие панталоны и очень короткую ночную сорочку, не прикрывающую складки жира на животе.
— Нет, я не снимаюсь, — возразил я.
