"
"— Садись, — подтолкнула меня Джанет на красивый барный стул, устраивая рядом с собой и принявшись с интересом рассматривать огромное множество всевозможных бутылок, которые словно светились изнутри, освещаемые какой-то подсветкой на полках, — что будем пить, девочки? С чего начнем?…
Не знаю, почему я покосилась на вход, напряженно застыв, когда поняла, что Рей стоял, подпирая собой косяк, и, сложив руки на мощной груди, смотрел, не отрываясь, на нас. На теле выступил холодный пот от этого странного пристального взгляда, словно этот большой мощный мужчина с необычной внешностью, пытался найти в нашем поведении всего лишь единственный изъян, чтобы выставить за дверь.
Девочки же даже не обратили на это внимания, принявшись весело и возбужденно обсуждать, что стоит попробовать в первую очередь, особенно, раз за нас сегодня платит тот сумасшедший охранник, явно запавший на пышку Джанет.
— А ты, сладкая? — я подпрыгнула на стуле, получив пинок от Джеки, потому что именно ко мне обращался бармен, опираясь руками о стойку и с явным интересом рассматривая.
Он тоже был мулатом с явной восточной внешностью и темными глазами, которые сейчас бессовестно пялились меня, совершенно не смущаясь.
— Прошу прощения? — пролепетала я, скованно пошевелившись, потому что Рей продолжал смотреть.
— Что хочешь ты? — улыбнулся парень, подмигнув.
Хана. Это первое, что пришло в мой бешенный ум, заставив предательски покраснеть черт побери!
— Я….сок.
Бармен хохотнул, удивленно выгибая темные брови:
— Ты уверена? — на мой отрывистый кивок, он лишь легко рассмеялся, — Несовершеннолетняя что ли? Как тебя тогда в клуб пустили?
— Не в этом дело, я просто его люблю.
— Какой?
— Черешня… — Боже, я покраснела еще сильнее, подумав вдруг о том, что до этого момента пила исключительно яблочный, даже не задумываясь, нравится ли он мне. Должно быть, нравился. Только почему черешня появилась в этот раз? Вкус Хана…пряная черешня, которая дрожала на кончике моего языка, словно этот сок мог вернуть мне сочность и яркость пламенных воспоминаний и его аромат, по которому я так отчаянно скучала, находясь здесь, так близко к нему, отчего было лишь еще больнее.
— Сладкая черешня, для сладкой девчонки, — подмигнул бармен, принявшись что-то ловко и очень красиво мешать в высоких бокалах, под веселый разговор подружек, к которому я даже не пыталась прислушаться, снова покосившись на Рея, который продолжал стоять, занимая собой почти весь дверной проем, все так же глядя на нас…вернее на меня.
