Впервые за все то время, что мы провели в этом мокром холодном ангаре, ее глаза перестали быть безумными, словно девушка успокоилась и приняла для себя какое-то решение, от которого стала чувствовать себя уверенно…вот только почему-то меня это совершенно не радовало.
Больше она не плакала, не всхлипывала, не металась из стороны в сторону, словно раненный зверек, теперь ее глаза смотрели на нас с Ханом твердо, спокойно…но так безжизненно.
Ее темные глаза медленно и тщательно рассматривали то, как я стояла босиком на полу, прижимаясь к Хану, закутанная в его пиджак.
Как меня обвивала его крепкая рука, закрывая от всего мира и от нее, когда он даже не содрогался от боли или холода, хотя, очевидно, был тоже ранен, как и Ирландец, который подошел к нам, чуть поморщившись и пытаясь отлепить от ноги, промокшие насквозь от его крови, джинсы.
— Когда ты пыталась поиграть в гангстера и украсть Алю из-под носа у Хана, могла хотя бы сделать это не на своей машине, — насмешливо хмыкнул Ирландец, покосившись на Симран, которая теперь перевела свой взгляд на него.
Взгляд такой же спокойный и сосредоточенный, отчего меня снова бросило в дрожь, — а то телефоны предусмотрительно выкинула, а о такой оплошности даже не подумала, агент! Невидимка из тебя, прямо скажем, никакая!
Нет, здесь определенно было что-то не так, когда Симран вдруг улыбнулась — лениво и устало, покачав головой вытирая влажные от недавних слез щеки, отчего черные разводы туши еще сильнее размазались по ее лицу:
— Я не хотела прятаться.
Мне только нужно было немного времени, чтобы подготовиться к приезду любимого…"
"Я почувствовала, как напряглось тело Хана, когда он развернулся к ней, поворачивая меня в своих руках так, чтобы теперь я стояла, спрятанная за его спиной.
— Если вы действительно думаете, что я выкрала эту принцессу только ради того, чтобы убить ее, то вы ошибаетесь. Все было бы слишком просто, и я могла бы сделать это миллион раз до этого… — когда Симран снова перевела глаза на нас с Ханом, я не смогла сделать даже выдоха, видя, что в теперь в ее глазах была пустота и мрак, от которых становилось воистину жутко, — …я хотела дать вам выбор.
Право жить…Я хотела, чтобы ты стоял передо мной, Тео, понимая то, что своим героическим поступком способен убить двух зайцев сразу — спасти жизнь своей голубоглазой и сделать счастливой меня…мы бы продолжали жить как прежде. Рядом. В одном доме. Без нее.
