Это было, по меньшей мере, странно…
— Не люблю белый и черный цвет, — радостно говорил Искандер, снова потянувшись ко мне, чтобы поправить ворот моей белой рубашки и окинуть многозначительным взглядом черную юбку ниже коленей, — поэтому с завтрашнего дня можешь носить на работу даже джинсы и майки, но чем ярче, тем лучше!
На мою попытку убрать осторожно его руки от себя, мужчина снова не обратил никакого внимания, схватив меня за руку, и быстро зашагав дальше, когда я едва успевала за ним на своих каблуках, пока не представляя каким образом объяснить ему на пальцах, что у каждого человека есть свой допустимый круг личного пространства, в который не желательно вторгаться….
особенно на работе.
Но он поражал меня тем, что его совершенно не смущал тот факт, что я не могу говорить.
Может потому, что все это время говорил исключительно он, и едва ли я смогла бы вставить хоть слово в его рассказ, даже если была бы в состоянии разговаривать.
— А вот и мой кабинет, пупсик! Проходи, чувствуй себя, как дома! Разуваться не обязательно! Но если вдруг станет жарко, и ты захочешь раздеться, то я не буду протестовать, — улыбнулся Искандер широко и задорно, подмигнув в очередной раз, когда я покачала головой, — Располагайся! Пока будешь у меня, я все-равно редко сижу за столом.
Вон там мое рабочее место, — мужчина махнул рукой на большой темный диван с горой подушек."
"Там же на низком черном журнальном столике стоял раскрытый ноутбук, валялся джойстик от игровой приставки, стояли бутылки с недопитым спиртным, и был целый ворох каких-то бумаг…явно под оригами, потому что едва ли их можно было назвать документами в таком состоянии.
Я растерянно моргнула, осматриваясь и думая о том, а знал ли Хан о том, как работает Искандер, и что он с ним сделает, если когда-нибудь увидит все это.
Хотя, надо признаться, что на самом деле сам кабинет был весьма стильным и даже по-своему уютным.
Огромные окна от пола до самого потолка были завешаны светлыми жалюзи, а за рабочим столом из темного дерева висела большая модульная картина из трех частей, изображающих ночной город.
Сам кабинет словно состоял из двух уровней относительно пола, когда диван был в углублении внизу, а до письменного стола вела пара ступенек.
И само помещение так же делилось необычной перегородкой, выполненной в стиле мозаики, когда от попадания рассеянного солнечного света на полу вырисовывался невероятный разноцветный узор, который вероятней всего двигался по мере движения солнечных лучей на закат.
