Двоюродному брату не светило получить в пару такую родовитую девушку, ведь он племянник королевы всего лишь по мужу, и ему при рождении никто не дарил собственных планет! А Пьетра хотела править!
Золум мгновенно уловил, что ему предлагает принц, и горячо поддержал идею. Насильственная привязка — не самая достойная вещь. И не самая приятная для привязываемого, но что поделать, если добровольно Пьетра никогда не согласится на мезальянс? Оставлять ее без наказания нельзя, она злопамятна.
Убить — рука не поднимается, все-таки женщина, высшая ценность расы! А вот если насильно привязать ее к Золуму — проблемы решатся сами собой. Ей после Слияния никто не будет нужен, кроме пары, про Ревье, Кайли и Ирната она и не вспомнит. Да, девушка потеряет себя, зациклится на супруге, он станет смыслом ее жизни, зато останется жива и никому больше не навредит. По-своему она даже будет счастлива. Золуму тем более хорошо — обзаведется влиятельными родственниками, станет намного богаче, продвинется по условной лестнице, где на верхней ступеньке сама королева, ниже — король, и так далее — согласно роду и занимаемому месту в иерархии Дарса.
Офицера с его парой и мэтроля, которые подняли руку на Ирната и посмели угрожать лиин принца, ждет императорский суд и приговор. Прощать нападение на свою семью он не намерен!
В зале тем временем появились слуги с подносами на гравитанах.
Полезная вещь — складываешь или ставишь все, что надо перенести, и идешь себе, пальцем задавая направление, а поднос (или платформа-смотря какого размера и в каком количестве перевозится груз) медленно плывет рядом.
Подданные и гости оживились, и, прихлебывая вкусное вино, принялись с жаром обсуждать последние события, одним глазом поглядывая на Его Величество.
Император пребывал в великолепном расположении духа.
Как только арсы вышли, он подозвал Кайли с сыном, Геста с Торвисом и Фарго и, угощая их вином, напропалую шутил, вовлекая в общий разговор Ее Величество и дофина. Бросая взгляды в зал, салютовал бокалом, встречаясь глазами с кем-нибудь из гостей. И выдохнул с облегчением, когда увидел вернувшегося Ревье.
— О, вот и наш принц! — отставив недопитое вино, император пошел ему навстречу.
