Ну, братец… Удружил!
Император, похоже, был заранее осведомлен о содержании завещания, иначе с чего бы он так вовремя нарисовался? Впрочем, это неудивительно — с возможностями его величества! Он тоже непременно ознакомился бы с документом, оставайся тот на Даластее…
Счастье, что приблуда до сих пор жива, иначе все имущество уплыло бы безвозвратно! Когда пришло сообщение, что брат и племянник погибли, а невестка уцелела, первый его порыв был тихо свернуть ей шею и сбросить в отвалы… Пока летел в Ашанти-холл, почему-то передумал.
Впрочем, он был уверен, что, оставшись без жилья и средств существования, женщина сама быстро помрет, но надо же — она выкрутилась!
Что же, за два-три месяца он ее приручит. Надо — охмурит, влюбит в себя, задурит голову. После полутора лет голодовки и тяжелого труда она любому, кто перевезет ее в нормальные условия и окружит роскошью, будет ноги мыть и воду пить! Долго ли очаровать дурочку? Перепишет все на него, а потом с ней произойдет несчастный случай.
Император, конечно же, останется недоволен, но придраться не к чему — бумаги оформлены по всем правилам, а от фатальной случайности никто не застрахован.
Улыбнувшись родственникам и нотариусам, Райтон поблагодарил всех за внимание и пригласил перейти в банкетный зал.
— Отдадим дань памяти усопшему и насладимся прекрасными блюдами!
Четыре месяца! Да он завтра же выловит оборванку на Комбинате или в той дыре, где, как ему год назад докладывали, она обитает.
Настроение обедающих было не радужным."
"Родственники ели молча, исподтишка поглядывая на исполняющего обязанности старшего Дома, но Райтон усилием воли не позволял пробиться наружу даже тени бушевавших внутри него эмоций.
Наконец, с обременительной обязанностью было покончено, и мужчина вышел проводить нотариусов до флаера, который отвезет юристов в Космопорт.
Ему не терпелось поскорее остаться одному и заняться делом, но просто так выпроводить из дома людей, работающих на его величество и имеющих с ним личный канал связи, было бы недальновидно.
Поэтому Райтон источал дружелюбие и гостеприимство. Ссориться с юристами — непозволительная роскошь! Конечно, они в первую очередь преданы императору, во вторую — блюдут кодекс чести своей профессии. Но всегда есть вероятность, что уважительное отношение, без лести и подобострастия, а как бы на равных, поможет найти с ними общий язык.
