Как за системы противодействия выедешь, так и отсылай. О задержке речи вообще не было, — Дик Чекил окинул сотрудников довольным взглядом и ухмыльнулся: — Может, не знали, может, пох им, а может… неважно. Работаем, работаем, не на курорте.
* * *"
"Агент Ленгли смотрел в окно на служебный автомобиль службы доставки ресторана «Алайне». Подумать только, на что способна обиженная женщина! Шеф и четыре его помощника уже минут десять переносили деликатесы в особняк, куда поселили Джеда. Причем шеф настолько сурово контролировал процесс, словно речь шла не о еде, которую съедят за вечер, а о ценнейших музейных экспонатах, коим предстоит много веков услаждать взоры эстетов.
За поваром и его подчиненными вёл бесстрастное наблюдение один из киборгов охраны.
Собственно, персонал осознавал всю торжественность своей миссии, поэтому помощники шефа ступали осторожно, подносы и посуду носили, не дыша, тележки катили с благоговением. И всё равно к одному, тащившему высокую коробку, старший повар ринулся на подстраховку так резво, что неловким движением сорвал бейдж.
Тот так и остался валяться на земле, пока старший что-то выговаривал носильщику бесценного груза. Джед усмехнулся. Видимо, в коробке то самое «Наваждение летней ночи», которое обошлось в четыре тысячи кредов. На месте шефа Ленгли бы тоже нервничал. Хотя вышедший из самых низов Джед всё-таки скептически относился к культу еды. В конце концов, пища нужна лишь для того, чтобы функционировало тело. Да, она должна быть вкусной, иначе какое от неё удовольствие? Но делать из жратвы культ… это такое же извращение, как… как любое другое, в общем.
Однако повар «Алайне» считал иначе, в итоге торжественный перенос снеди в особняк занял не меньше четверти часа.
— Сэр, — сказал шеф с достоинством, — нам нужно двадцать минут.
Джед бросил короткий взгляд на часы:
— Работайте.
В просторной гостиной, где предполагалось ужинать, горничная уже создала весь необходимый уют: горели камин и свечи, огромное панорамное окно открывало поистине сказочный вид на заснеженный сад, в полумраке которого мерцали теплым светом фонари.
Для ведомственного дома здесь оказалось вполне прилично: большой белый диван, белые стены, высокий потолок, два кресла с кремовой обивкой, но черными подлокотниками и ножками, мягкий белый ковер на черном полу. Ни вычуры, ни пышности, ни изыска. Но при этом строго и стильно. Стеклянный стол, несколько подсвеченных ниш в стенах, где стояли книги, часы, ваза с цветами… Вполне приятно для глаз.