Не так уж были неправы венецианцы, когда думали, что галеры везут все сокровища каталонцев.
— Инфанта Фернандо и десять его рыцарей схватили и передали герцогу Афинскому, который посадил их за разграбление Алмира в темницу в замке Сант-Омер, а меня отпустили к вам и дали в сопровождение отряд рыцаря Тибо де Сепоя, — показав на француза, закончил Рамон Мунтанер.
— Не горюй, Рамон! Мы тебе поможем! — заверил Беренгер Рокафорт.
Утром он подарил бывшему казначею боевого коня, мула, несколько мешков овса и муки и небольшую отару баранов.
Командир Каталонской компании, в отличие от большинства ее бойцов, проблем с едой не имел. Турки и туркополы пригнали Рамону Мунтанеру двадцать лошадей и вручили тысячу золотых. Остальные бойцы тоже скинулись резко обнищавшему богачу. По словам Рамона Мунтанера, ему надарили на четыре тысячи золотых. Это, конечно, не сто тысяч, но тоже сумма немалая. На такие деньги можно купить очень приличный феод."
"Тем же утром Гарсия де Паласина нашли с отрубленной головой. Кто это сделал — осталось невыясненным.
Зато никто не сомневался, по чьему приказу убили рыцаря. Мне кажется, именно эта ошибка и стала роковой для Беренгера Рокафорта.
Когда собрались на совет представители от всей Каталонской компании, адмирал Тибо де Сепой объявил, что он прибыл по приказу Карла, короля Неаполитанского. Поскольку Каталонская компания рассорилась с королем Сицилии, потенциальным врагом Неаполя, им предлагали присягнуть королю Роберту Анжуйскому. Беренгер Рокафорт, убаюканный вчерашней покладистостью адмирала, не ожидал такой подставы.
— Зачем нам нужен король Неаполя?! — воскликнул командир Каталонской компании.
Если бы он знал заранее, то, наверное, обработал бы своих подчиненных, и они поддержали бы его. Захваченный врасплох, не нашел быстро нужных слов. Его подчиненные не имели шансов у царя Болгарии, поэтому не хотели обрывать последнюю нить, связывающую с родиной. Они ведь не зря величали себя «счастливым войском франков в Романии». Многие и так были недовольны, что не сумели договориться с инфантом Фернандо.
Беренгер Рокафорт убедил каталонцев, что инфант все равно согласится на их условия, а вышло наоборот. Король Сицилии счел это оскорблением, в котором виноваты были все бойцы Каталонской компании. Теперь был шанс обрести влиятельного покровителя и восстановить связь с остальными «франками».
— Да здравствует король Роберт! — дружно заорали каталонцы.
Через час они поклялись служить верой и правдой своему новому сеньору.
