Семнадцатая генуэзская галера начала разворачиваться в нашу сторону, сигналя флагами остальным. Я уже подумал, что получится не настолько хорошо, как хотелось бы, когда увидел, что жидкий дымок, подымавшийся над восемнадцатой галерой, вдруг превратился в пламя, которое за пару минут уничтожило шатер и занялось остальными сухими деревянными элементами судового набора. Мы прошли за ней еще с кабельтов, обстреливая и мешая тушить пожар, а потом повернули вправо и понеслись к Галлиполю. Семнадцатая генуэзская галера погналась было за нами, но вскоре повернула к восемнадцатой, чтобы оказать ей помощь.
"
"Обе наши галеры ткнулись носами в берег возле города. Матросы быстро установили сходни, по которым экипажи сбежали на галечный пляж. Арбалетчики расставили вдоль кромки прибоя большие щиты-павезы, копейщики заняли позиции на флангах. Нам на помощь выдвинулся из Морских ворот отряд Рамона Мунтанера, конные и пешие. На суше нас не страшило превосходство генуэзцев в количестве.
Враг это знал.
Остальные корабли каравана направились было в нашу сторону, но остановились метрах в трехстах от берега, выпустили по несколько болтов из станковых арбалетов, которые не причинили вреда, и пошли на помощь горящей галере. Она полыхала вовсю, медленно дрейфуя по течению. Пламя основательно поработало над кормовой частью галеры, начало смещаться к носу, благо ветерок дул свеженький и попутный, помогал ему. Для деревянных судов огонь — более страшное бедствие, чем разбушевавшееся море.
И это притом, что воды для тушения — хоть залейся. Впрочем, и для железных кораблей будет также. В свое время я просматривал ежемесячную статистику Ллойда по погибшим во всем мире судам. Причины «затонуло» и «сгорело» встречались чаще всего и чуть ли не в равном количестве.
Гребцы и матросы восемнадцатой галеры столпились на форкастле, встав вплотную друг к другу. К ним осторожно подошла семнадцатая, начала снимать бедолаг. Пылающая галера осела, накренилась на правый борт, но продолжала дрейфовать по течению, удаляясь от нас.
Оставалось пожелать ей счастливого плавания!
Мы нашли эту галеру на следующий день, притопленную на мелководье милях в пяти от Галлиполя. Вытащили ее на берег и забрали из трюма груз мокрой овечьей шерсти и кож, которые высушили на улицах города и продали пришедшим к нам каталонским купцам. Корпус оставили в назидание другим жадным или заносчивым купцам. Мы потеряли двух человек убитыми.
