Скажи, Фрай, куда подевалось войско де Гиссара?
– Я полагаю, сгинуло в пустынях Сабинленда, ваше величество. Мне и самому только чудом удалось выбраться оттуда.
– Значит, ты в одиночку спас Ангулемского от поражения?
– Я был не один, ваше величество, однако даже если бы де Гиссар с войском не заблудился в Сабинленде, его разбойники не смогли бы противостоять регулярным войскам герцога Ангулемского.
Король поджал губы, он не стал напоминать Каспару, что войска Ангулемского стояли на границе с королевством и не могли никуда уйти, поскольку на другой стороне находился лагерь самого Ордоса Четвертого, только и ждавшего случая перейти с войсками в наступление.
Правда, войну Ангулемскому король не объявлял, а поход десятков тысяч гвардейцев к границе герцогства объяснялся необходимостью обеспечить безопасность его величества, который выехал поохотиться.
– Как ты относишься к Ангулемскому? – В голосе короля слышалась ревность.
– С уважением, ваше величество, он давал мне заработать на хлеб и… не обижал.
– А если бы я дал тебе возможность заработать на хлеб, ты бы согласился служить мне?
– Достаточно повеления вашего величества, и я стану служить, но, если будет мне позволено признаться, походная жизнь порядком мне надоела, оттого я и пошел в негоцианты.
– И насколько важные дела ты выполнял для Ангулемского?
– Сказать по правде, ваше величество, я не особенно понимал, для чего ему старые свитки и глиняные печати, но его светлость платил мне жалованье, я их и привозил.
Каспар старательно играл простачка, однако чувствовал, что ни принц Гвистерн, ни герцог Пейн ему не верят.
– Значит, если я прикажу тебе поехать в Ливен, а после доложить мне, как чувствует себя Ангулемский, ты это сделаешь?
– Сделаю, ваше величество, только мне бы не хотелось делать что-то дурное герцогу…
– Ты так его любишь? – король усмехнулся.
– Нет, ваше величество, просто в Ливене осталась моя семья.
– Ах вот оно что. – Король слегка расслабился и посмотрел сначала на брата, потом на дядю, приглашая их в свидетели того факта, что Фрай служил Ангулемскому только из боязни за своих близких.
– Вы позволите, ваше величество? – попросил герцог Пейн.
– Конечно, – пожал плечами король.
– Скажи нам, Фрай, ты богат?
Каспар сделал вид, что удивился. Он понял смысл вопроса, но посчитал правильным пойти окольным путем.
– Прошу меня простить, ваша светлость, если я чего-то не понял, крепостных и земельных угодий у меня нет, но еды и одежды у меня достаточно.
– Я не об этом.
