– Какое такое слово? – нахмурился вышибала.
– Я могу тебе сказать. – Каспар подошел ближе. – Нагнись, я тебе шепну…
Доверчивый лакей вытянул шею и тотчас схлопотал жесточайший удар кулаком в перчатке. Подхватив обмякшего лакея, Каспар толкнул дверь и втащил его внутрь, где привалил к обшитой деревом стене. Оглядевшись, он отметил натертые воском полы, висевшие на стенах охотничьи трофеи, а главное – тонкий аромат жаркого с настоящими господскими специями – перцем и шафранным порошком.
Двинувшись на запах, он оказался в просторном зале с резной мебелью и побеленными стенами – это заведение действительно можно было отнести к королевскому разряду.
Проникавшего через окна света было недостаточно, и на застеленном белоснежной скатертью столе красовались тяжелые канделябры с белыми свечами.
– Эй, кто там?! – воскликнул сидевший за столом человек, сухой, с седыми висками и властным взглядом. С его колен вспорхнула молодая женщина и, шелестя юбками, убежала на кухню.
– Парамон!
На смену девушке появился, судя по всему, владелец заведения.
В руках он держал поднос, на котором стояли ваза с фруктами и стеклянный сосуд с вином.
– Кто это, Парамон?
Трактирщик опустил поднос на свободный стол и направился к Каспару.
– Что вам угодно, ваша милость? Как вы сюда попали?
– Через дверь, – пожал плечами Каспар.
– Очень сожалею, но у нас закрыто, мы открываемся только вечером…
– Я пришел к председателю Наварро, у меня к нему дело.
– Дело? – Трактирщик повернулся к важному гостю, ожидая его решения.
– Наварро, это – я, – сказал он. – Пусть подойдет, Парамон, подай ему стул.
Трактирщик придвинул прибывшему стул, и Каспар, поблагодарив его кивком, сел и положил войлочную шляпу на колени.
– Кто ты и зачем ищешь меня?
– Я начинающий торговец, ваша милость, пришел из Ливена, чтобы открыть в Харнлоне торговлю. Добрые люди сказали мне, что нужно поговорить с председателем, якобы есть какие-то особые условия.
– Кто же рассказал тебе об этом? – Наварро сделал глоток из серебряного кубка и откинулся на спинку кресла.
– Не знаю, ваша милость, кто-то с рыночной площади.
Наварро кивнул.
– В городе очень много торговцев, так много, что на всех не хватает покупателей и барыша, поэтому решением Собрания был введен налог на пришлых торговцев.
– Какова же величина этого налога, ваш милость?
– Сто дукатов, – с улыбкой сказал Наварро.
– Ну что ж, раз такой порядок, я готов заплатить.
