– Ну и что?
– Ничего, – отмахнулся Каспар. – Пойду я.
9Проводив Каспара, Углук вышел на улицу и, подойдя к обшарпанному дому напротив, негромко свистнул. В разбитом окне показался мальчишка.
– Что случилось, господин орк?
– Ты мне нужен, Марк, спускайся.
Скоро оборванный мальчишка лет двенадцати выскочил на улицу.
– Беги в «Медовую Лизу» и скажи хозяину, пусть идет ко мне.
– Слушаюсь, господин орк! – Мальчишка помчался выполнять поручение, грохоча деревянными башмаками. Углук подкармливал оборванца, и тот охотно выполнял его поручения.
Орк вернулся к себе, чтобы управиться с жареной свининой, но не успел он обглодать лопатку, как в дверь постучали.
– Входи! – крикнул он со двора, но трактирщик войти не решился, пришлось Углуку отворить ему дверь.
– Вы звали меня, господин орк?
– Звал.
– А по какой надобности?
– Письмо написать нужно.
– Письмо? А сами что же?
– Сам я не шибко грамотный. То есть писать, конечно, умею, да только мою писанину никто не разберет.
Во как!
– Но ведь у меня же дела, господин орк, посетители не ждут, – им пить-есть подавай.
– Руперт, я тебе кости отдаю?
– Отдаете, господин орк.
– Каждый день по полмешка набирается, правильно?
– Правильно, господин орк.
– Ты из них суп варишь, воровская рожа?
– Ва… варю, господин орк. – «Воровская рожа» напугала трактирщика.
– Ты сколько денег на этом зарабатываешь?
– Ну… совсем немного, – соврал трактирщик.
– Так, говоришь, котел супа стоит немного, Руперт? – спросил орк, надвигаясь на трактирщика.
– Прошу меня простить, на костях я зарабатываю изрядно – пять рилли в день, господин орк.
– Это значит… – Орк стал пересчитывать в уме серебро в золото. – Это три дуката в месяц, я прав?
Трактирщик со вздохом кивнул.
– Ладно, не трясись, я же с тебя золота не требую, я прошу только написать письмо.
– Хорошо, ваша милость господин орк, напишу письмо. У вас бумага имеется?
– Откуда у меня бумага, Руперт, ты в своем уме? Я – сторож.
– Хорошо, я принесу бумаги для одного письма, – сказал трактирщик и повернулся, чтобы идти к двери.
– Стой! Возможно, будет два письма или даже три.
– Три! А знаете, сколько сейчас бумага-то стоит? – начал было трактирщик и тут же осекся. – Сейчас все принесу, господин орк.
– И побыстрее, – напомнил Углук и вернулся во двор, где лежала еще недоеденная треть свиньи.
