Еще неизвестно, что с ним станется утром.
Неожиданно над краем ямы показалось чье-то лицо.
Алые сполохи от горевшего неподалеку костра делали лицо зловещим.
Степняк крикнул несколько фраз на своем языке, а затем добавил на ярити:
– Шакалы!
Он поднял над головой большой котел и, перевернув его, высыпал на пленников целую кучу костей.
Решив, что шутка удалась, он радостно захохотал. Вскоре к нему присоединились еще двое кочевников, которые разделили радость своего товарища. Поболтав немного и поочередно сплюнув в яму, степняки ушли.
64
Тем временем Каспар трудился на совесть. Его легкие работали как кузнечные мехи, по лицу струился горький пот, а сам он, не сбавляя темпа, словно одержимый смотрел куда-то далеко, на одному ему лишь видимую звезду.
Первый час Лейле такое усердие только нравилось.
На втором часе она, наконец расшевелившись, начала постанывать, кричать и в течение третьего часа несколько раз оглашала стойбище криками счастья.
Но вот пошел четвертый час, и ее стоны стали звучать все более жалобно, затем перешли в слабое бормотание.
Девушкам, которые стояли под стенами шатра и переживали за Лейлу, стало понятно, что она бредит.
Прошло какое-то время, Лейла вовсе перестала подавать признаки жизни, и только ровное дыхание Каспара говорило о том, что свидание продолжается и неизвестно когда окончится.
Коротко посовещавшись, девушки отправили к Мансуру одного из воинов.
Тот убежал и вскоре появился вместе с предводителем.
Девушки окружили вождя и стали наперебой рассказывать, что происходит в шатре.
Мансур бесцеремонно откинул полог и, заглянув в шатер, в свете колышущегося пламени светильника увидел мерно двигающееся тело Каспара.
– Лейла? – позвал Мансур.
Ему никто не ответил. Было слышно лишь дыхание Фрая, который тоже никак не отреагировал на окрик Мансура.
– Лейла! – уже громче повторил тот, хватаясь за кинжал, однако и на этот раз ему не ответили.
– Вот шакал! Хватит, ты убьешь ее! – крикнул Мансур.
Он схватил Каспара за ногу и дернул изо всех сил.
Однако намазанный маслом, да еще вспотевший, Каспар был как намыленный. Руки Мансура сорвались, и он улетел на другую половину шатра.
Поняв, что дело плохо, предводитель кликнул своих воинов.
Те примчались в шатер и вчетвером попытались оторвать Фрая от его жертвы. Однако и их попытку потерпели неудачу. Руки воинов только скользили по коже Каспара, а он продолжал делать свое черное дело.
– Рубите его! – в отчаянии крикнул Мансур.
