Вот! — девушка вручила маркизу три свертка. — Возьмите их!
Когда он принял картины, их пальцы соприкоснулись, и горячая волна накрыла Лавидию. Теперь Эверетт стоял настолько близко к ней, что она могла рассмотреть каждую его ресничку. Так близко, что девушка смогла отметить, что маркиз побрился нынешним утром, а также ощутила запах его одеколона.
Когда-то этот аромат заполнял весь ее мир. Тогда у нее еще были сны. Лавидия думала, что однажды Эверетт заметит, что она больше не ребенок, а женщина, которая сможет сделать его очень счастливым.
Она представляла себе, как он нежно будет ласкать ее и как она прижмется своей щекой к щеке мужчины.
Иногда фантазии становились почти реальными. Но некоторые из них оставляли горький привкус.
Сердце Лавидии забилось быстрее, когда взгляд Эверетта метнулся вверх и маркиз посмотрел на нее своими темно-синими глазами.
— Ты должна отпустить, — сказал он.
Она это сделала. И уже давно. Но затем девушка поняла, что он имел ввиду. Она все еще сжимала картины. Лавидия быстро убрала руки.
Картины перешли во владение Эверетта. А ей показалось, что она потеряла что-то, что принадлежало непосредственно ей.
Маркиз запихнул под мышку обмотанные бумагой полотна и протянул Лавидии несколько золотых монет.
— Что это?
— Задаток, — мужчина окинул помещение взглядом. — Здесь безопасно хранить деньги?
— У меня есть надежное место, — она закусила нижнюю губу. Эверетт не должен был узнать, что она прятала деньги в корсаже.
Маркиз приподнял брови и быстро взглянул на ее грудь, из-за чего девушка покраснела.
Конечно же, мужчина сразу понял, что она подразумевала под «надежным местом». Лавидия расправила плечи и посмотрела ему в лицо. «Он не посмеет это прокомментировать!»
Эверетт молча передал ей монеты.
Она приняла их. Пять соверенов… это было даже больше, чем все то, что побывало в ее руках за прошедшие годы. Лавидия уже и забыла, насколько тяжелыми были такие монеты. На них девушка сможет купить себе немного еды. Ее желудок буквально болел от голода, а пульс отдавался эхом в ушах.
Но все же, ей удалось сохранить спокойствие, хотя бы внешне.
Эверетт внимательно наблюдал за девушкой. Казалось, что ее поведение его слегка озадачило.
— В какое время я могу приехать завтра? — спросил маркиз.
— Около пяти, — у нее будет достаточно времени, когда она вернется домой, чтобы убрать то, что он не должен увидеть.
— Хорошо. Лионель будет здесь?
— Нет. Но он не будет иметь ничего против того, чтобы вы пришли.
