Следующие две минуты прошли под сомнительным лозунгом: «В здоровом теле – здоровый дух». По комнате задумчиво летали стулья и романтично кружили куриные перья из распоротых тесаком подушек. Эссиорх и Корнелий пытались усмирить девушку, не применяя способностей светлых стражей.
Параллельно Корнелий тихо радовался, что пес остался внизу. Псы такого размера не столько кусают, сколько сразу глотают. В самый напряженный момент схватки из соседней комнаты примчались Чимоданов с боевым топором и Мошкин.
Евгеша неудачно застрял с шестом в узких дверях и на некоторое время преградил путь себе и Улите. Это было даже хорошо, потому что ведьме очень не понравилось, что какая-то наглая девица обижает ее миролюбивого Эссиорха.
Впятером они все же скрутили Варвару, отняли у нее тесак и с некоторым усилием связали ей руки ремнем Эссиорха, а ноги тюлевой шторой. Тут Корнелий, которого давно подмывало показать, какой он крутой, не удержавшись, подбросил в воздух подвернувшуюся ему пластиковую банку и разнес ее боевой маголодией.
Банка брызнула, пшикнула, прогорела огненными каплями и исчезла.
– Это была моя любимая непроливайка для кистей! – хмуро сообщил Эссиорх.
Варвара внезапно перестала биться. Со связанными руками она села и, переводя пытливый взгляд с одного на другого, спросила:
– Кто вы вообще такие?
Наступило время Корнелия произнести свою коронную фразу, которую он придумал всего минуту назад и до сих пор не использовал.
Он опустил руку с флейтой, сделал мудрое лицо патентованного чародея, только что случайно подбросившего в костер вместе с хворостом свою волшебную палочку, и с пафосом произнес:
– Я великий магический волшебник! Этот вот крупный человек мотоциклетного вида мой слуга. Он одинокий тундровый шаман, занимающийся промышленным отстрелом парапсихологов.
Варвара недоверчиво посмотрела на Эссиорха. «Одинокий тундровый шаман» перестал рассматривать прокушенную руку и удивленно поднял голову.
– Эти вот двое – с топором и шестом – служители зла, вредители-недоучки, выращиватели зимних чихов, которых даже в гаишной машине отказались везти – так они мелки и ничтожны, – продолжил представление Корнелий.
Варвара перевела пытливый взгляд на Мошкина и Чимоданова.
Получив такую характеристику, Петруччо мстительно надулся и принялся похлопывать себя по карманам, ища ампулу с ядом.
