Не может быть! Я не поверил своим глазам, что Сюэ, как и остальных военных, больше со мной нет. Все погибли под плитой. Единственное, что меня утешало, так это то, что они даже и не поняли, что с ними произошло.
Я иронично заметил, что на плиту начало светить солнце, словно на могилу…
— Ублюдок! — процедил я сквозь зубы и запрыгнул в изнанку.
Если я сейчас не прикончу тварь, которая руководила атакой, то сам себе этого не прощу. В ярости я оттолкнулся от земли и взлетел вверх. Я прекрасно знал, что обладатель громогласного голоса должен был быть где-то наверху.
А как же иначе? Он же должен руководить процессом.
Запрыгнув на остатки каменной крыши, куски которой падали все быстрее и быстрее, я начал искать ублюдка.
— Попался! — прорычал я и бросился на мужчину в чёрном бронированном костюме, который не спеша шёл по краю крыши и в скором времени собирался покинуть её.
— Дело сделано, — послышался его спокойный голос.
Ублюдок общался с кем-то по артефакту связи и явно рапортовал о том, что прикончил нас.
Весьма самоуверенно, подумал я и тут же осёкся. Самоуверенно ли? Тот факт, что он говорил это с усмешкой, меня ещё больше взбесил, но вместе с бешенством пришло и осознание того, что если я сейчас убью его, то никогда уже не узнаю, кто стоял за покушением."
"Теперь во мне боролось два чувства. Первобытная ярость говорила о том, что я должен вырвать ублюдку сердце, причём немедленно. А вот остатки разума, что я должен его пощадить. Сюэ больше нет, как и Цяна. Что я скажу «старшему брату»? Вся моя стратегия, благодаря какому-то ублюдку пошла коту под хвост, и теперь мне нужен был новый план.
Я выскочил из изнанки с уже намотанной на стальную перчатку антимагической паутиной. Мои старания не должны пройти даром, иначе на кой чёрт я всё это делал, верно?
— Привет! — выкрикнул я и дождавшись, когда он среагирует, ударил кулаком прямо в нос.
Я видел, как ломался нос на тысячи осколков, которые, в свою очередь впивались в лицо. Если бы не магия, которая вылечивала практически любые травмы, то он бы остался уродом на всю оставшуюся жизнь.
Он что-то пискнул мне в ответ и плюхнулся на землю мешком с дерьмом, я же ухватил его за ногу и побежал дальше.
Я прекрасно понимал, что ловушка больше ему неподконтрольна и, как только я оттолкнулся от неё, чтобы спрыгнуть вниз, каменная коробка началась окончательно разрушаться. Столб пыли поднялся на несколько сотен метров. Уверен, при желании его можно было бы заметить из города.
