Она действует сообща с феями, которые прогнали Динь-Динь, и теперь бедняжка потеряна и брошена на произвол судьбы в Нетландии. Мы лишь хотим вернуть её домой, – сказала Люсинда.
– А если она не захочет возвращаться? – спросил Джеймс. Он посмотрел на Люсинду, сузив глаза, вспоминая, о чём его предупреждала Цирцея.
– Тогда привезёшь её силой. Старшая фея этой страны стёрла воспоминания Динь-Динь об этом месте. Когда фея-мастерица вернётся, то обрадуется, что вновь оказалась дома. Ты же знаешь, каково это: быть вдали от дорогих твоему сердцу земель, – сказала Люсинда, изо всех сил изображал сострадание.
Джеймс в самом деле понимал чувства бедной феи. Он испытывал то же с тех самых пор, как его выдернули из Нетландии. Быть может, глубоко внутри Динь-Динь ощущала ту же потерю, но не понимала почему, ведь у неё отняли воспоминания. Однако он не был уверен, честна ли с ним ведьма. Ему помнилось, что Динь-Динь была в Нетландии, но это воспоминание растаяло в прозрачном тумане времени, прошедшем с тех пор, как он побывал в сказочной стране ребёнком.
– Если ты согласишься оказать нам услугу, мы дадим тебе волшебную пыльцу фей, которая перенесёт тебя в Нетландию. Вот только ее хватит на путешествие лишь в один конец. Без Динь-Динь тебе не вернуться. Если ты не поймаешь её, то застрянешь в Нетландии навеки, – сказала она. Голова ведьмы странным образом наклонилась вбок, как если бы она слушала кого-то ещё, говоря с Джеймсом.
Возможность оказаться навсегда запертым в Нетландии не казалась ему чем-то ужасным (ведь это именно то, чего он хотел). Вот только Джеймс по-прежнему не понимал, зачем ему помогать сестричкам, когда он столь же легко может дать Цирцее желаемое в обмен на путешествие в Нетландию. – Мы обладаем властью осуществить твоё заветное желание, то, что скрыто в глубине твоей души. Желание, которое моя дочь отказывается исполнить, – сказала Люсинда, посмеиваясь.
– В самом деле? Если вы можете исполнить моё самое большое желание, моё тайное желание, тогда я сделаю то, о чём вы просите, – сказал Джеймс, гадая, правильно ли он поступает.
Какая-то его часть хотела покинуть это место с сокровищами Чёрной Бороды, никогда не возвращаться и найти другой способ добраться до Нетландии. У него было такое чувство, что он предаёт не только Цирцею, но и Чёрную Бороду, и всё же ему казалось, что другого выбора нет.