– Значит, он точно из их компании, и ты его роль верно вычислил. Возвращаю тебе твой респект со своим довеском. Меня, признаться, со вчерашнего дня сомнение глодало. Подумывал, не зря ли парня обидели. Не верил, что он – отвлекающий момент. А ты вычислил.
– Спецкурс проходил, – ответил я. – В боевых условиях…
Мы вышли на улицу, и Сафронов не поленился закрыть за собой дверь. Причем отмычкой. А даже я знаю, что отмычкой легче открыть, чем закрыть, особенно так, чтобы потом смог сработать «родной» ключ. Но капитан справился.
Мастер. Я даже начал уважать спецназ внутренних войск. Естественно, не теряя прежнего повышенного уважения к спецназу ГРУ…
* * *– Да, иного выхода не было, – согласился генерал с тем, что выстрел старшего лейтенанта был правомерным, а решение – правильным. – Это, конечно, может сорвать нам операцию, но без выстрела она была бы сорвана раньше, чем мы успели бы принять соответствующие меры, чтобы блокировать хотя бы «Волгу». Действия Гайдарова предугадать сложно, и он мог опередить нас с собственной командой.
Мы рисковали потерять всякий его след. Василий Лукич, что там у тебя?
Спец по космической связи убрал от уха наушник.
– Есть четыре звонка Гайдарова, один за другим, с городского номера. Первый, как я уже докладывал, – Хасбулату с требованием не трогать Селиванова с напарником, когда они будут выходить. Второй звонок – в Махачкалу, кому-то в Министерство внутренних дел с запросом о поведении Газали на зоне и во время следствия перед судом. Сразу, не прерывая разговора, ему сообщили, видимо, только данные с компьютера, что Газали был освобожден досрочно, как это называется, «за примерное поведение».
Другие данные собирают. Третий звонок был Николишиной. Она уже пришла в сознание и истерично пыталась что-то объяснить. Спрашивала, что ей делать с трупом, вызывать полицию или нет? Дибар пообещал, что ближе к вечеру, когда начнет темнеть, он пришлет пару человек, и труп заберут. Гайдаров пытался выяснить подробности, но женщина была в таком состоянии, что толком ничего рассказать не могла.
Говорила, что ей необходимо обратиться к врачу, вызвать его домой, но она не может из-за трупа. Гайдаров обещал прислать ей врача. Боюсь, он пришлет такого эскулапа, который умеет делать только смертельные инъекции, а вместо скальпеля оперирует кухонным ножом."
"– Да, это будет вполне в духе Гайдарова, – согласился генерал. – Николишина для нас важный свидетель, способный дать показания. Надо ее подстраховать.
