– Я понял, Дибар Даудович. Я положу ее к Марго в карман. Ее же не будут обыскивать.
– И тебя, наверное, не будут. Но, на всякий случай, будь осторожнее. И пистолет держи под рукой. Все понял?
– Я все понял, Дибар Даудович.
– Хасбулат где?
– Дал Марго инструкции и ушел в машину.
– Правильно сделал.
Гайдаров отключился, не прощаясь. Это известная манера прекращения разговора, создающая дополнительное напряжение. Так заканчивают беседу, когда хотят заставить человека чувствовать себя виноватым, даже если тот ни в чем не виноват.
Миниатюрный кусочек психологии, которой Гайдаров, видимо, владел. А самого его, судя по всему, бандиты сильно уважали. Но старт был дан; теперь осталось дождаться, когда развернется действие на дистанции. И оно началось почти сразу. Должно быть, Николишина уже держала руку на трубке и ей осталось только набрать мой номер. И хотя моя трубка была уже у меня в руке, я все же не сразу ответил – выдержал время, обычно потребное для того, чтобы вытащить телефон из кармана. И отвечал слегка сонным голосом.
– Это Александр? – спросила Николишина.
– Да, слушаю, кто это?
– Это Маргарита Валентиновна. Николишина. Вы мне сегодня звонили.
– А… Да-да… – то ли просто вспомнил я, то ли голос узнал. – Джалал не появился?"
"– Появился. – Она говорила настороженно, словно чего-то опасалась. Или просто боялась, что влезла в какую-то неприятную историю. Одно дело – быть обыкновенным диспетчером, принимать звонки и передавать информацию от одного абонента к другому. И совсем другое, – когда тебя заставляют расширять свои профессиональные интересы, возможно, в опасную сторону.
По крайней мере, мне показалось, что я верно прочитал ситуацию. Но меня это мало касалось. Более того, я даже надеялся, что работа диспетчера станет настолько опасной, что у Николишиной не выдержат нервы. Но пока она держалась. – Я передаю ему трубку. Он, правда, пил два дня, еще плохо соображает…
– Научим, – сказал я уверенно. – Соображать научим…
Компьютер синхронно воспроизводил разговор рядом со мной.
Создавалось впечатление, что в трубке гуляет эхо, и я жестом попросил Василия Лукича выключить звук, что он сразу же и сделал. Как раз к тому моменту, когда трубку взял Газали.
– Я слушаю, – сказал он намеренно развязно, подделываясь под голос пьяного человека. – Кто это?
– Джалал? – спросил я.
– Я…
– Ты Магомеда вызывал?
– Какого Магомеда? – Газали явно переигрывал, и отсутствие актерского таланта бросалось в глаза даже при телефонном разговоре.
