— Тебя он слишком сильно бесит, я же чувствую».
Что правда, то правда. Я всё пытался перейти на обычные подколы, но никак не мог.
«Да толку-то с ним разговаривать? — откликнулся я, понимая, что действительно не стоит всё воспринимать так близко к сердцу. В конце концов, это не мой отец. — Его, по-моему, совершенно не интересует, что на тебя покушались, а дочь вообще похитили».
— То есть тебя заботят только карты? — уточнил я, чтобы определиться с проклятием. — А судьба собственной дочери — нет?
— Почему ты так решил? — встрепенулся Николай Григорьевич, и по его бегающим глазкам я понял, что он и думать забыл о сестре Игоря.
— Да потому, что ты не занимаешься её поисками! — ответил я, слегка допустив в голос рычащих ноток. — А сидишь и считаешь в уме деньги, которые тебе не принадлежат и принадлежать никогда не будут!
— Что значит, не будут?! — Туманов-старший всё-таки потерял контроль и вскочил с кресла, кипя, как забытая кастрюлька с макаронами. — Я обязательно выиграю!
— Выиграешь? Сколько раз ты выигрывал за последнее время? Не помнишь? И я не помню! Зато ты у нас теперь запомнишь эти дни как праздничные, потому что после каждого твоего проигрыша как мужчина ты будешь ни на что не способен, — громко и чётко произнёс я, налагая проклятие.
— Но стоит отказаться от игры, и всё вернётся как было, а то и лучше!
— Да как ты смеешь, гадёныш, — с брезгливым выражением оскорблённой добродетели проговорил он. — Говорил я Татьяне, не стоит… — он с усилием оборвал себя. — Вон!
— Где Светка? — спросил я, не двигаясь с места.
— Это ты её куда-то спрятал? Почему ты совсем не беспокоишься о ней?
— Её ищут, — едва сдерживая распирающую его ярость, проговорил Николай Григорьевич. — Этим занимается полиция и люди Селиванова. Так что мне там делать нечего. А теперь вон!
«А причём тут люди Селиванова? — этот вопрос Игоря был явно адресован не мне, а его отцу. — Почему они занимаются поисками?»
И я озвучил их Туманову-старшему, с интересом глядя на его вытягивающееся лицо. Нет, одного отсутствия фарта за столом мало.
Он будет играть только из-за атмосферы. Что ж, мы её тебе немножечко подправим. Что ты скажешь, если каждое утро после игры тебя будет накрывать мощнейшее похмелье, а? Думаю, тебе понравится, дорогой отец.
«Отлично, — с мрачным удовольствием проговорил владелец тела, пока Николай Григорьевич придумывал, что ответить. — То, что нужно».
«Я знаю толк в проклятиях, — мне было немного жаль Игоря. Вырасти с таким отцом врагу не пожелаешь.
