— И сколько вам задолжал мой досточтимый отец? — поинтересовался я, поднимаясь на подушках. — Неужто столь значительную сумму, что для этого понадобилось угрожать его родственникам?"
"— Поверьте, сумма более, чем внушительна, — ответил мне мужичонка, а я чувствовал, как начинает действовать проклятие. Ему уже захотелось в клозет, и ближайшие месяцы это желание будет покидать его очень редко.
— Поверьте, мне ваши слова, как мёртвому аскорбинка, — парировал я его фразу. — Мне нужны конкретные цифры, чтобы оценить масштаб проблемы.
А то, может быть, вы — вообще мошенник.
Посетитель открыл портфель, но быстрее, чем ему бы того хотелось. Отлично. Ещё минуты две-три и его так прижмёт, что он будет тарантеллу передо мной выплясывать.
Затем он что-то начеркал на бумажке и повернул ко мне.
Я присвистнул.
Большую часть того, что он накалякал, составляли нули.
— Девяносто миллионов? — проговорил я тоном полного недоверия.
— Пока да, — ответил мужичонка, убирая бумагу обратно. — Но, после окончания срока включится счётчик, и сколько он насчитает, только богам известно.
— Знаете, что, — сказал я со столь деловитым видом, что посетитель даже приободрился, надеясь, что совсем скоро посетит вожделенное заведение. — А идите-ка вы на хер, — ошарашил я его настолько, что глазки за очками стали большими-большими.
— А вы знаете, что? — проговорил он, вскочив в негодовании. — Наш специалист ещё не спит.
— Я так и понял, что это ваши люди пытались меня убить, — ответил я, наслаждаясь, от того, как бесится передо мной этот человечек, который не привык слышать «нет».
— Хотели бы убить, убили бы, — проговорил он сквозь зубы, сжимая ручку портфеля так, что костяшки его пальцев побелели. — Поверьте, это совсем не сложно.
— В очередь, сукины дети, — на меня внезапно напало настроение, пронизанное чёрным юмором. — Вас таких, знаете сколько? На вашем месте я бы даже охрану ко мне приставил, чтобы обеспечить возврат долга.
Но мужичонка уже не слушал.
Ему срочно надо было бежать. Но разговор всё никак не заканчивался и не заканчивался, грозя превратиться в настоящую катастрофу с подмоченной репутацией в прямом смысле этого слова.
— Учтите, наши люди могут и перестать промахиваться, — пытаясь из последних сил казаться спокойным, заявил он. — Деньги должны быть через неделю!
— Слушайте, а давайте так и сделаем, а? — проговорил я, чуть ли не хохоча, потому что Игорь внутри уже хихикал, тоже всё понимая.
