Сели за стол, и начались расспросы. Сергей рассказал, как устраивается в новой для себя обстановке. Купил землю, купил крестьян, построил в Тамбове кирпичный завод. Купил по случаю в Туле железный завод, хочет пушки делать. Строит в Туле кирпичный завод и планирует построить стекольный. Но пока нужный песок не найден, ждет специалиста из Москвы. Кроме того, выписал специалиста из Петербурга – хочет построить фарфоровый завод.
– А большое наследство оставили родители? – спросил дед.
– Нет, ничего не оставили, деньги мои, с заморских походов.
– Расскажи о родителях, какими они были?
Сергей стал рассказывать о своих родителях, как их помнил в свои двенадцать лет.
– Отец воевал? Награды есть? – спросил дед.
– Да, воевал с немцами, имеет орден, «За Отвагу», «За взятие Кенигсберга».
Сергей прикусил язык. Какая медаль «За Отвагу», какое взятие Кенигсберга? Награды его отца, офицера-фронтовика Отечественной войны XX века. На дворе XVIII век, и как теперь выкручиваться? Однако дед сидел молча, думая о чем-то своем.
Остальные родственники так же молча смотрели на него.
– Покажи перстень, – дед протянул руку.
Сергей вложил в ладонь свой перстень. Дед долго его рассматривал, потом открыл шкатулку, которая стояла на столе, и достал точную копию.
– Этого не может быть! – от неожиданности Сергей встал. – Этого не может быть! – снова повторил он.
Между перстнями более двухсот лет. Его перстень не куплен в магазине или комиссионке. Его перстень сделан на заказ у ювелира.
Между тем дед молча протянул перстень обратно, достал из шкатулки орден и протянул Сергею:
– Этот орден твой отец получил за отвагу при взятии Кенигсберга.
Сергей долго не мог ничего сказать, этого не может быть, потому что не может быть никогда! Наконец смог выдохнуть и отодвинул орден обратно:
– Я не могу взять этот орден, моих прав на этот орден нет, вы родили и воспитали сына, орден принадлежит вам.
– Как скажешь, – и положил орден в шкатулку, – получишь после моей смерти.
– Когда твоему отцу исполнилось восемь лет, я готовился ехать на государеву службу, – заговорил Петр Сергеевич – отец заказал пять одинаковых перстней, один оставил себе, четыре отдал нам.
– Ты у нас проездом, – заговорила Елизавета Матвеевна, – не забывай о нас в своих заботах, пиши и навещай.
– Вот, возьми, – Сергей Николаевич протянул бумаги, – это бумаги на имение твоего отца, теперь это твои земли.
– Передай поклон Алевтине Мефодиевне, – добавила старушка, – это она нам радостную весточку прислала.
