Наверное, даже слишком сильно — так велико было мое облегчение, что он не заподозрил самого главного. Взгляд графа странно изменился, и я поспешила добавить: — Да и сейчас не обладаю.
— Ошибаетесь. Лекарь был уверен, что в вас проснулась магия, и это именно из-за нее вы так быстро справились с болотной лихорадкой. Ваш обморок он тоже связывает с пробудившимся даром. Телу и сознанию нужно время и силы, чтобы его принять. Кстати, он советовал вам меньше нервничать и больше отдыхать.
— А… — Я опешила.
— Но этого не может быть, — снова помотала головой.
Где я, а где магия?!
— Может, — усмехнулся граф. — Видели бы вы, как лекарь не хотел отпускать вас вместе со мной в поместье. Наверное, уже собирался писать диссертацию о вашем случае.
Я представила, как Дорогуша меня пристально изучает, и содрогнулась. Пожалуй, графу нужно сказать спасибо, что увез меня от него подальше.
А он кидал задумчивые взгляды то на книгу, то на меня:
— Вы прочли там что-то интересное о моем случае? — подошла я ближе.
— Пожалуй, да… Подобные случаи крайне редки и плохо изучены. В официальных источниках последний был зафиксирован около столетия назад. И меня в нем заинтересовало нечто особенное…
Граф замолчал, задумавшись, и я не выдержала:
— Что же?
— Тогда появление магии у мужчины, как и у вас, сопровождалось потерей памяти.
Граф посмотрел на меня в упор, а я сглотнула. Получается, в этот мир уже попадали души из другого мира? Или даже миров?! То есть я тут не одна такая? Но знают ли о переселенцах местные? Или мои предшественники сумели сохранить свою тайну?
Стараясь не показать, как сильно меня потрясли слова графа, я медленно села в соседнее кресло и спросила:
— И что еще там написано об этом мужчине?
— Здесь написано, что он получил дар после того, как несколько минут провел за гранью после несчастного случая.
— И… какой у него был дар?
— Артефактор… — отчего-то взгляд графа потяжелел. — Он стал артефактором. Впоследствии этот мужчина стал прародителем первого дирижабля и создал компанию, которая до сих пор занимается производством этих неуклюжих машин.
— И внезапно добавил, явно задетый за живое: — Не понимаю, почему они все больше набирают популярность? Но да ладно. Знаете, Элис, а ведь не это самое интересное и даже забавное…
— Да? — Я не представляла, что может потрясти меня больше, чем известие, что я в этом мире как минимум не единственная попаданка.
