Но все это было очень не ко времени, и нужно было напомнить об этом графу:
— Вы за мной ухаживаете? По-моему, мы уже с вами все обговорили.
— Элис, я просто констатирую факт, — с полуулыбкой рассматривал он мое лицо. — И румянец вам тоже к лицу.
— Да ну вас! — дернула я плечом и пошла к машине, чтобы забрать Дина.
А губы сами собой растянулись в широкой счастливой улыбке.
* * *Мы с Дином посетили четыре магазина прежде, чем я заметила того самого неприятного мужчину, которого видела с ним в прошлый раз. Мне стоило большого труда не показать, что я его узнала.
Не хотелось его спугнуть.
Дин посмотрел мне в глаза и еле заметно кивнул, подтверждая, что это тот самый человек, на которого устроена охота. Сам же довольно громко произнес:
— Элис, можно я отойду ненадолго?
— Если только ненадолго. Я в этом магазине пробуду минут десять. Успеешь?"
"Дин кивнул, зашел следом за мной в здание, оставил у входа пакеты с покупками и под звон колокольчика вышел. Я же задержалась у витрины и проводила его спину взглядом, заметив, как неподалеку какой-то неприметный мужчина как бы невзначай пошел за ним следом.
А ведь до этого я даже не замечала слежку. Умеет здесь полиция работать. Хотя, может, у них и какой-нибудь специальный дар для этого имеется?
Я надеялась, они схватят заказчика, и мы наконец узнаем, кто стоит за покушениями на Алекса. Главное, чтобы с Дином ничего плохого не случилось. Что-то сердце у меня не на месте.
Что продавалось в этом магазине, я так толком и не поняла. Рассматривала витрины, но мысли были о том, что происходило на улице.
Звук выстрела заставил меня вздрогнуть всем телом, застыть на секунду, а потом кинуться из магазина. Не знаю, в чем был смысл такого поведения: попасть под очередную пулю или героически спеленать агрессора (первое было вполне реально, а вот второе — смешно), но иначе я поступить не смогла. Мне казалось, что во всем произошедшем была моя вина, и если с Дином случится непоправимое, я себе этого не прощу.
Бежать пришлось недалеко — уже за поворотом в небольшом переулке я увидела того неприятного мужчину, руки которому уже заломили за спину двое полицейских, и сидевшего у стены Дина, который прижимал к голове руку.
Между его пальцев сочилась кровь, и меня повело — на мгновение показалось, что мальчик мертв, — но он посмотрела на меня вполне осознанным взглядом, и мне полегчало. Я бросилась к нему, упала рядом на колени и дотронулась до руки, прикрывавшей голову.
— Дин! Что с тобой?
— У-ухо. Ухо.
