- сказала то ли подруге, то ли себе, продолжая мерить шагами помещение, - Всё будет нормально. Они знают, что делают.
- Почему ты так думаешь? - она подняла на меня оленьи глаза.
- Да потому, что действуют совершенно уверенно и слаженно. Чую, предстоит нам непростой разговор. Когда всё закончится.
- Да уж, теперь не отвертишься. - она поднялась и направилась к окну.
- Ты куда?! - шикнула на неё. Не трожь занавески. Если нас спрятали, значит так надо. Не хватало случайно испортить плоды усилий наших...
опекунов.
Тем не менее, сама же подошла к плотным шторам и тихонько - самую малость отодвинула край, сделав наблюдательную щель ровно для одного глаза. Нет, ну а что? Я же аккуратно. И своевременно для того, чтобы увидеть, как во дворе толчётся группа из четырёх мужчин подозрительного вида.
Подозрительного от того, что лица четвёрка имела недобрые, прямо даже скажем, злые. Уголовные физиономии, в общем. Одеждой и повадками эти товарищи тоже сильно выбивались из обстановки респектабельного района.
Какой-то разговорчивый хлыщ в простецкой тужурке что-то толковал одному из них, размахивая руками и указывая в сторону тракта, ведущего к выезду из города. Ну и к озеру, соответственно.
Тот, кому объясняли дорогу, сунул в ладонь болтуну, наверное, монету и махнул остальным.
Сердце забилось гулко и громко. Я вернула штору на место и уселась на сундук, переваривая увиденное.
- Что? Что там?! - заволновалась Аврора, заметив перемену в моём лице.
- Ничего. Так, померещилось.
- еле заставила себя улыбнуться, чтобы не усиливать собственными выводами страх и без того напуганной девушки, - Просто ждём.
Ох, как же это на самом деле не просто. Ждать."
"Мало того, что неизвестно чего, так ещё и запертыми снаружи. А это, в свою очередь, добавляло неудобств и раздражения тем, что лишало элементарной возможности решить вопрос с простыми, простите, физиологическими потребностями. Чаю мы за прошедший день надулись так, что в глазах булькало.
Поэтому, когда, наконец, снаружи послышались шаги и знакомые голоса, любопытство и желание узнать истину отодвинулись на задний план.
- Ну что, мои дорогие, поговорим? - сурово-серьёзный Барагунд отворил дверь.
Надо было видеть его лицо, когда мы с Авророй просто смели и его, и топавшего следом Шаро с дороги, и с единственным вопросом: ""Где горшок?"" - наперегонки устремились в указанном направлении.
В общем, сбили мы им весь настрой на суровый допрос с пристрастием.
