Ну, так и есть, та самая светловолосая девушка, озираясь, как испуганный воробей, стояла под деревом.
- Привет! - поприветствовала я.
- Ты там как? Марта сказала, что гораздо лучше, больше притворяешься.
- Так и есть.
- И то верно. Не надо им знать.
- Поль, а сколько меня здесь держать будут?
- Ещё четыре дня, вроде. Ну всё, я побежала, пока не заметили. Завтра ещё приду, какие будут новости - расскажу.
-Караул, целых четыре дня в каменных стенах, как в камере, без всякой возможности чем-то себя занять.
Так и потекла скучная жизнь в заточении.
Днём под окно забегала подружка, сообщала о том, что происходило ""на воле"", но в основном это были бытовые подробности, не касаемые меня. А поздними вечерами, когда все по укладу монастыря расходились по норкам, навещала Марта.
В отношении новой информации кухарка была для меня сейчас просто кладом. Имея, в силу рода деятельности, широкие возможности слушать, о чём говорят, она и в самом деле знала многое. Там девчонки в трапезной пошушукаются, тут монахини за столом посекретничают - на Марту мало кто обращает внимание.
Вспомнив, как вели себя в подобных ситуациях классические попаданки из читанных книг, прикинулась амнезийной после удара головой - сработало. Так вот, где-то аккуратными вопросами, где-то намёками, удалось из её рассказов наскрести кое-чего и о самой себе.
- Так чего говорят, тётя через три недели приедет?
- Так сказывают. Они у тебя хорошие.
- Ага, - буркнула я, - а чего тогда в монастырь сдали?
- Так ты ж сама всё петь мечтала.
Голос у тебя, конечно, отменный, но куда же дитё с таким талантом прилично пристроить? Не в труппу же к этим... бродячим артистам! Вот и согласились. Вроде как, и твоё желание исполнили, и свою задачу решили.
- Это какую?
- Да, я думаю, охотку тебе сбить. Чтобы напелась тут по самую маковку, и за ум взялась. А они тем временем жениха подыскали. После нашей-то обители, поди, любой замуж раем покажется. - усмехнулась собеседница.
- Всё равно, жестоко.
- Думаю, вряд ли твои родные знают, как тут всё на самом деле.
Старуха строго следит, чтобы вести домой были только положительные. Сами же и строчат. Никто и не ожидал, что тебя через полгода обратно возвращать станут. Вот матушка Тейла и бесится. Мало, что часть оплаты могут попросить вернуть, так ещё такой певуньи лишиться. На твой голос люди слезами обливаются, да монастырю подают так, как никогда раньше. А тебя чего в подвал-то понесло?
- Да не помню. - призналась я.
- Ну, не мудрено.
