Очевидно, контрразведка воду мутит, смотря, кто как из пришлых себя ведёт. Тем не менее кое-что полезное я всё-таки узнал: не-мёртвые и жуки Макоши всё ещё находятся на Земле. Очевидно, что старые враги землян попали в жернова аж трёх воинствующих водных рас.
Выйдя из палатки штаба, я направился к скалистой части берега. Вездесущие лягуши не любили это место из-за неудобного спуска в воду. Мне же нужен был свободный участок пространства, чтобы расправить крылья. Да-да, я ведь уже старший магистр [5] и частично освоил духовную трансформу.
В Здравнице нельзя было летать из-за риска быть раскрытым.
Сейчас я могу превращать руки и ноги в драконьи лапы. Заодно выпускать крылья и хвост, которые, собственно, и требуются для полёта.
— Хорошо, хоть Валера меня сейчас не видит, — подумал я, раздеваясь по пояс и подворачивая штанины. — Иначе назвал бы пьяной чайкой.
Развёртывание крыльев оказалось ощущением не из приятных. Будто выдёргиваешь из себя пару осиновых кольев, загнанных в грудь группой заботливых крестьян.
Бормоча под нос, я для разминки помахал крыльями.
— Чувствую себя Графом Отодракулой… Летать вроде могу, но почему-то к земле тянет.
Выпущенный наружу хвост принёс волну новых болезненных ощущений. Мне будто раскалённой кочергой прошлись вдоль позвоночника… Ибо хвост — это его продолжение.
— Ухх! — я болезненно поморщился, привыкая к ощущениям. — А говорили, что больно будет только в первый раз.
Проще всего далось преображение руки и ног в драконьи лапы. Анатомия не сильно изменилась.
По ощущениям, это как окунуть ладони в адски холодную воду. Кости ломит, но потом организм адаптируется.
Кряхтя, как развалюха, я попрыгал на месте. Потом оттолкнулся от земли чуть сильнее… Вдруг сильный порыв ветра подхватил меня и понёс к обрыву. Пришлось удвоить усилия, накладывая на себя «Усиление», «Ускорение» и «Фокус».
— Етится сила! — в лицо стал бить сильный ветер. — П-перестарался.
Наложив на лицо плетение «Маска», я начал кое-как ориентироваться в воздухе и в тот же миг понял, что начинаю заваливаться назад.
Дав ветру себя подхватить, я перевернулся в воздухе и, что называется, встал на крыло. То есть оседлал волну порыва ветра.
Дело пошло на лад, когда я перестал бороться с воздушными потоками. Покружив над островом лягушей, я набрал высоту и взлетел выше облаков. Зачем нервировать союзников? Вдруг Кви-Квант и впрямь подаст жалобу на моё имя.
Первый полёт я специально затянул на несколько часов, оценивая границы своих новых возможностей.
