Таинственный «господин», как выяснилось, неплохой целитель. Он не давал никому спуска, следя за тем, чтобы и гуки, и мартышки не переходили грань дозволенного. Травмы допустимы, а вот попытки убийства — нет.
Одна из макак в порыве звериной ярости проломила голову грузчику. Тогда тот самый «господин» сотворил с ней такое… После увиденного у Пискли и других гуков все мысли о побеге испарились. Однако потомки Короля почему-то восприняли поступок целителя иначе. Они, наоборот, прониклись к главному инструктору глубочайшим уважением.
«Господин» и раненого вылечил так, будто там не вся голова в труху, а так… лёгкое ранение. Уже через четверть часа грузчик снова был вынужден биться против мартышек.
Гуков накормили… Причём хорошо так, от души! Подлечили, дали часик отдохнуть и снова выставили против мартышек. Последние учились сражаться с невероятной скоростью. Вечером, во время третьего раунда схваток, половина из них уже могла драться на равных с грузчиками.
Бойцам Сайкера все трепыхания макак по-прежнему были на один зубок. Потомков Короля никто ведь нормально сражаться не учил… Точнее, учит прямо сейчас.
Уже ложась спать, Пискля всё гадал, что же с ними будет дальше. Мысль о том, что никого из «Гаметы» не взяли в плен, давила на него, словно многотонный пресс. Понятное дело, что сейчас макак учат биться против гуков. Но что произойдёт, когда обучение подойдёт к концу? Командование Совета Кланов работорговцев ради своих не станет устраивать спасательную операцию.
Раз попался, выкручивайся сам. Тем более после провала «Гаметы».
На следующий день цикл тренировок у макак немного изменился. Зодд сначала прогнал их через трёхчасовую физподготовку. Затем у потомков Короля была тренировка в ближнем бою и стрельбе. После чего обед, короткий сон… и битвы с пленными гуками до полуночи.
На третий день плена ситуация для Пискли и его команды практически не изменилась. Их всё так же кормили и заставляли драться против обезьян.
Однако теперь треть самых слабых грузчиков проигрывала свои поединки раз за разом. Тем же вечером «господин» оттащил этих слабаков в сторону, подлечил… И повёл на выход.
Выйдя за тройной забор из колючей проволоки в компании двадцати пленных гуков, он вернулся лишь через час. Один, причём так довольно улыбался, что Сайкеру аж поплохело.
Набравшись смелости, Пискля перед сном всё же задал мучающий его вопрос.
