Разве увидела бы я такое, если бы осталась жить на Танорге? Или продолжила скучную работу ветеринаром в команде Эдмонда? Да за такие чудеса не жалко отдать и несколько лет жизни.
Ашенторн каким-то непонятным образом уловил моё состояние. Мягко улыбнулся и произнёс:
— Это ты ещё не видела ритуальных костров на Ларке. Тебе бы точно понравилось.
Когда каркарра прожарилась, окончательно стемнело. Мужчины спокойно стали разбирать прутья и есть прямо с них. Без тарелок, приборов и салфеток, прямо так, сидя на смятой траве и придерживая куски чёрными от сажи пальцами.
Они вгрызались в ароматное мясо белоснежными зубами, подшучивали друг над другом, а жир стекал по их щекам и волосам прямо на обнажённую грудь. Впервые мне подумалось, что вот они, настоящие, в этих странных кожаных юбках с короткими клинками и спутанными волосами, перепачканные, но смеющиеся, усталые, но довольные. Без пыльного налёта цивилизации. И ловля акитту стала нечто большим, чем простая рыбалка или охота.
Здесь и сейчас ларки принимали меня как свою, как равную.
Никто больше не вскакивал и не пытался за мной поухаживать, как это было за завтраками на космическом корабле. Никто не стрелял взглядами и не играл мускулами, пытаясь привлечь внимание «самки». И не потому, что я отстояла право на высадку на Тикс, не потому, что дала отпор Оушену. Нет, не поэтому. Этот день, эта вылазка, неподдельный страх, но не акитту, а за ларков, когда они ловили хищную рыбу, каркарра и её яйца — всё вместе каким-то образом повлияло на отношение ко мне.
Я устроилась прямо на земле рядом с Ашенторном. Мужчина подцепил прут с птицей, несколько раз перекинул его из руки в руку, чтобы остудить и не обжечься, а затем клинком срезал кусочек мяса.
— Прости, не рассчитывали на ужин, поэтому здесь ничего нет, — произнёс он тихо.
Костёр всё ещё потрескивал, время от времени пуская снопы искр. Я подняла голову и замерла, увидев, что фиалковые глаза Ашенторна мерцают ярче звёзд на небосводе.
— Будешь? Учти, есть придётся руками.
— Он подул на кусок мяса, снял с лезвия и протянул мне.
Не отрывая взгляда от его магнетических радужек, кивнула, а затем наклонилась и обхватила красное мясо каркарры губами, едва задев языком горячие шершавые пальцы. Зрачки капитана резко расширились, но он не сказал ни слова. Лишь молча срезал с прута новую порцию и вновь протянул.
Глава 14. Каюта капитана
Когда вошла в собственную каюту, на корабле стояла глубокая ночь.
