Всё это выглядело так странно и необычно для коренной таноржки, и в то же время я понимала, что просто не могу оторвать взгляда от мускулистых тел, что движутся быстрее и гибче, чем сами дракорши. Они совершенно не боятся этих опасных животных и своими действиями словно говорят: «я сильнее любого хищника».
— Ох, Ашенторн, это нечто… — выдохнула я. — Как называется это представление?
— Это хайда, — произнёс стоящий рядом ларк, а затем сделал несколько шагов назад. Видимо, чтобы увеличить мне обзор.
Ух, слово-то какое интересное – хайда.
Я уже его слышала и не раз. Кажется, Дъоши что-то говорил про эту древнюю традицию ларков…
— Я, пожалуй, пойду, Ванесса, у меня есть дела на корабле. Приходи, когда всё закончится.
— Угу.
Дым стал гуще, сладкий запах — резче, барабаны — ещё громче, а ларков под куполом — неожиданно меньше. Практически все дракорши уже оказались под седоками. Осталось два самых строптивых ящера — белый с золотыми кожистыми крыльями и ярко-алый с шипами не только на хребте, но и на боках.
Я ощущала буквально всеми фибрами души, как смотрю за хайдой и сама заражаюсь азартом мужчин. Нахлынуло какое-то нетипичное для меня чувство возбуждения, горячая кровь пульсировала во всём теле, попадая в такт барабанам. Дым заволок почти всё пространство под куполом, и теперь мелькали лишь обнажённые торсы, перепачканные бурым соком, да гибкие шеи животных.
Тот, кто самым первым запрыгнул на дракорша, посмотрел на меня и поманил рукой. В глазах уже не было того весёлого задора, лишь какая-то решимость и предвкушение.
Что? Я? Мне подойти? Неужели он хочет предложить мне прокатится на дракорше?!
Как зачарованная, шагнула в густые клубы сладкого дыма и двинулась в сторону самого крупного айоннца. Он восседал на дракорше неподвижно, жёстко осадив рептилию. Краем глаза отметила, что уже все ящеры осёдланы и приняли своих ездоков, потому что уже не сопротивляются. Те, кому не удалось задержаться на шипастой спине, покинули купол.
Шла к ларку спокойно, не спеша, не только потому, что повышенное притяжение спутника слегка сковывало мои движения, но и потому, что отчасти чувствовала себя как-то странно.
В мыслях плясали самые разнообразные смазанные образы. То мне казалось, что дикий дракорш под мужчиной вот-вот сорвётся и сожжёт меня, то почему-то думалось о том, насколько айоннцы, должно быть, сильные, что способны вот так без верёвок и подручных средств голыми руками поймать и приструнить гигантскую рептилию, пышущую огненными сгустками.
