А у меня в животе забурлило от нервного напряжения, так что я тоже сделала несколько торопливых глотков из кружки.
Максим, заметив мою суетливость, положил мне руку на плечо, чуть погладив.
«Я не одна…» — это понимание принесло облегчение.
— И вы ничего в связи с этим не сделали? — сухо спросил он.
— Вопросы здесь собиралась задавать я… — протянула женщина. — Но на этот, так и быть, отвечу. Нет, ничего не сделала. Нечистью невозможно стать по щелчку пальцев, если ты заранее не родился с предрасположенностью, кроме, разве что, парочки особых видов, которые как зараза — могут достать любого.
— Наталья кивнула помощнику: — Кто там?
— Упыри, мертвяки, лунные девы… — принялся перечислять Леонид.
— Да. В общем, я просто убедилась, что Светлана не стала кем-то из опасных видов, детям ничто не угрожает, и решила, что с ней произошло нечто, что активировало ее «природную склонность». У меня в практике уже был случай, когда утонувшая мать вернулась в дом ундиной. Чтобы решать проблемы взрослых, мне не приплачивают.
Так что просто назначила проверку через пару дней, чтобы убедиться, что все хорошо. И… да. Стать нечистью Светлане пошло на пользу, она хотя бы дом в порядок привела. Дети были накормлены, в холодильнике не пусто. Так что мы просто закрыли этот вопрос. Вот только теперь я переживаю, что мы зря это сделали.
Она снова уставилась на Максима с суровым лицом и скрестила руки на груди.
— Кто вы такой? — чеканя каждое слово, спросил Леонид.
Повернулась к Максу.
Нервы были натянуты до предела, я прислушивалась к звукам за стеной: то и дело начинало казаться, что кто-то из детей плачет, но нет. Вроде бы тихо.
Скорее бы все закончилось. Максим ведь умеет гипнотизировать. Почему он просто не заставит их забыть обо всем и не выгонит?
Или это запасной вариант на случай, если договориться не получится?
— Вампир, — не стал скрывать мужчина. — Случайно познакомился со Светланой, когда она уже стала не-человеком. Предложил помочь ей освоиться в новом для нее мире.
А взамен представляться ее мужем, для того чтобы...
— Легализоваться? — подсказала Наталья. — Говорите как беглый преступник или незаконный эмигрант.
— Нет, нет… — говорить Максу явно не хотелось, но после небольшой заминки он все же добавил: — Ничего такого. Просто, скажем так, поссорился с родней и решил отказаться от прежнего имени. Знаете, эти клановые заморочки и проблемы тех, кто живет слишком долго.
