От этого еще сильнее хотелось тебя проучить.
«Проучить»?
— Он, конечно, гадость, но хочешь, я его загрызу? Для тебя. — Злыдень подошел и успокаивающе начал тереться о мою ногу.
— Удачно… — потянул Максим, словно не замечая мое состояние. — Отличный вариант на первое время.
— О каком варианте ты говоришь?
— Документы. — пояснил мужчина, помахав документами, — Если я подстригусь, то вполне сойду за Семена Орехова. Тут старая фотка, на ней он мелкий и тощий. Права есть?
Муж отрицательно мотнул головой.
— У меня есть.
— вставила я, привлекая к себе внимание. В голове медленно, но, верно, зрел план.
Максим недовольно поцокал, сунул в карман паспорт и, как ни в чем не, бывало, направился к выходу.
— Стой! Ты куда? — я выбежала вперед, загораживая собой дверь.
Он что уходит? Вот так просто?
— Для начала в Старославль, а там будет видно. — хмыкнул он, и чуть склонил голову, скрестив руки на груди.
Я начала торопливо говорить, боясь, что он не дослушает:
— Этот дом мой, достался от бабушки. Я хотела продать его и уехать в месте с детьми.
— Удачи тебе. — хмыкнул Максим, делая вид, что совершенно не понимает намека.
Вздохнула, и зажмурившись выпалила:
— Возьми нас с собой.
— Нас? — он удивленно поднял брови.
— Меня и детей.
— А меня? — возмущенно пискнул кролик.
— Меня, детей и Злыдня.
— Какое подходящее имечко. — пробормотал Максим.
— Его мне госпожа дала, тебя не спросила! — тут же взвился кролик.
Максим закатил глаза, но ни как это не прокомментировал. Соглашаться он тоже не торопился.
А потому мне пришлось продолжить:
— Ты сам сказал, что был заперт все это время. Тебе нужны новое имя и документы. Чем бы ты ни занимался в прошлом, но на многодетного отца никто не подумает плохого. На первое время — ты поможешь нам, а мы обеспечим тебе идеальное прикрытие.
Главное, чтобы это прикрытие не оказалось опасно для детей. Но оставаться в одном доме с агрессивным отцом без средств к существованию для них было еще более опасно.
Мужчина вдруг закашлялся.
— Много… а сколько у тебя детей?
— О, сколько нам открытий чудных… — весело продекламировал кролик.
— Пять. — не стала тянуть я кота за хвост, хотя в моем случае вернее было тянуть «кролика за уши».
Максим как-то странно переглянулся со Злыднем, словно прежние препирательства были забыты. Во взгляде Денька при этом читалось: «А я тебе говорил! Тягач-тяжеловоз!»
— Хм… — Максим задумчиво потер подбородок, он словно что-то просчитывал в уме. — В целом, должен признать, что предложение не плохое.
