Максим зашел внутрь. Все три столика были заняты разношёрстной публикой. Даже большие барные стулья у стены, и те не пустовали. На столах стояли фарфоровые чашечки, кофейники и заварочные чайники.
— Семен Викторович! — приветственно махнул ему рукой Петр, как раз в этот момент выбивавший чек какой-то старушке, замотанной в пуховую шаль. Взяв стаканчик с кофе, старушка резво так, совсем не типично для человека ее лет, подбежала к столику и выдернула стул из-под молоденького беса.
— Я тут сидел, что за дела?!
— Бабушке уступи место, милок, — прокряхтела она, — сто лет никуда не выбиралась.
И это не метафора!
Виктор уже думал, что надо будет вмешаться, но неожиданно из-за стойки выбежал Петр.
— Бабушка, а давайте я вам свой стул отдам из подсобки? Вот сюда его, к окошечку поставим, да? А господин бес пусть тут с друзьями сидит.
Бес в поношенной одежде и рваных брюках, которые явно нашел где-то в помойке, после того как его назвали «господином», приосанился и возмущаться перестал.
А бабулька довольно уселась на стул, который вынес Петр.
Понаблюдав за всем этим с пару минут, Макс схватил паренька за руку и утащил в подсобку, подальше от чужих глаз.
— Что здесь происходит? — зашептал вампир, не представляя, каким образом непопулярная чайная за один вечер могла стать центром притяжения всей нечисти города.
Снаружи звякнул колокольчик. Вот черт, еще кого-то нелегкая принесла.
— Там кто-то пришел, — мотнул головой Петя.
Парень так и не понял, что он сделал не так и почему владелец недоволен.
Максим вздохнул и кивнул, мол, иди. Все в очередной раз пошло не по плану.
— А вы не могли бы еще пирожных заказать? Особенно тех — манговых, их быстрее всего разобрали, — выходя из подсобки, попросил школьник."
"Максим на это едва сдержал стон. Какое-то время он подождал в подсобке, надеялся, что Петр вернется и можно будет продолжить допрос с пристрастием. Какого лешего всякий сброд собрался вокруг места, где никого не должно было быть по определению?! Максим ведь даже болотника взял продавцом именно для того, чтобы посетителей отпугивал!
Вот только колокольчик звякнул еще несколько раз, так что пришлось Максиму выходить самому.
Петя за прилавком крутился ужом, проявляя чудеса сноровки, которой от школьника-второгодника совсем не ожидаешь. Одновременно заваривал чай, выдавал сладости, принимал оплату и взбивал сливки.
