И молчаливость, и ненавязчивость Мыши, казались ему долгожданным благом. ""Хоть она не выносит мне мозг!"" – радовался мужчина.
Мария сидела напряжённой, гадая, что же муж хочет с ней обсудить. Но его вид не был грозным или недовольным, и она велела себе расслабиться, насколько это вообще возможно, а то из-за своей нервозности может пропустить всё, что ей говорят.
– Занимательно. – ничего лучшего Мария ответить не могла. – Могу я узнать о причине таких отношений? – не сдержала любопытства девушка.
– Я для этого тебя и пригласил.
Ты должна понимать всю серьёзность ситуации, в которую угодила стараниями Любы, и быть всегда начеку. Он опасен и может выкинуть всё что угодно. Не пренебрегай охраной Дмитрия. – и, уже мягче, даже ласково добавил. – Мне так будет спокойнее.
Маша перестала дышать, наблюдая за сменой эмоций на лице и в голосе мужа. В этот миг ей показалось, что он к ней неравнодушен. Может, она ему всё-таки нравиться? Хоть чуть-чуть? Ах, если бы это было правдой…
– Конечно. Как скажешь. – вернулась Маша к насущному.
"
"Лев медленно встал, подошёл к окну и, повернувшись спиной к Марии, начал делиться с ней тем, о чём знали единицы.
– Когда мне было двенадцать лет, отец сговорился с какими-то отморозками, чтобы отжать бизнес деда. Они предложили меня выкрасть и обменять на долю в бизнесе, естественно за крупный куш. – начал мужчина безразличным голосом. Он говорил это так, словно рассказывал сводку погоды, а не ужасающие события из своего детства. – Отец согласился с их планом и даже нашёл амбар, в котором меня и удерживали.
Это потом выяснил Владимир Петрович, бывший начальник охраны деда. Он даже поседел, пока искал меня двое суток. – Лев тяжело вздохнул, но продолжил. – Два дня я сидел в том амбаре без воды, еды и дрожа от холода. Меня спасло от обморожения возможность зарыться в сено, что там хранили. Два дня и длинную тёмную ночь, полную страшных звуков, скрипа старого дерева и копошения грызунов по углам я провёл в этом сене. С тех пор не выношу мышей и крыс.
Я был связан по рукам и ногам. Со мной не церемонились.
Мария зажала рот ладонью, сдерживая, поднимающейся из груди, вой. Как такое возможно? И с кем? С наследником огромного состояния, потомком знаменитой фамилии, внуком главного бизнесмена области. Ужас! Переживания за маленького мальчика, которому столько пришлось перенести и не только не сломаться, а вырасти в самостоятельного и сильного мужчину, выбивали почву под ногами и раздирали грудную клетку от боли.
