"
"– Это точно, – бабка согласилась и пристроилась рядом с дедом у подоконника. – Сходил бы сарайку закрыл. Мне кажется, что я вчера её не прикрыла. Будет щас ветром дверь телепать. Да и зальёт, как пить дать.
Дед посмотрел на бабку как на врага народа.
– Валь, ты не слышала, что я сейчас про собаку говорил?
– Слушай, – бабка развернулась к деду, – собаковод несостоявшийся. В последний раз, когда ты собаку пытался выгнать, она тебе чуть хозяйство не отхватила.
– Валь. При чём тут это? Я говорю, что народ так говорит.
В такую погоду хороший хозяин собаку на улицу не выгонит, потому что льёт как из ведра, – оправдывался дед. – А ты меня отправляешь.
– Ты с народом или со мной живёшь? – не унималась бабка. – Я тебе говорю, а не народ. Иди сарайку закрой!
– Да я тебе про поговорку! – не уступал дед.
– Поговори мне ещё тут! – парировала бабка. – Собака облезлая!
Дед с бабкой ещё какое-то время препирались. Я толком не мог понять, при чём тут собака, о которой идёт спор. Мне так показалось, что со временем они уже забыли о первопричине.
Точнее, бабка забыла о том, что она хотела, чтобы дед закрыл сарай.
– Ба, давай я схожу, – успел я вставить в паузе.
– Если у деда совести нет, то иди, конечно, – не глядя на меня, ответила бабка. – Хотя откуда у собаки совесть возьмётся?
Я так понял, что получил одобрение, и побежал на улицу. Вовка, без одобрения, припустил за мной следом.
– Да стойте вы! – только и успела крикнуть бабка вслед, но нас, как говорят, уже и след простыл.
Выбежав на улицу, мы с Вовкой попали под струи дождя, которые вмиг намочили нас с головы до ног.
Но мы стояли, задрав головы кверху, и ловили ртом летний дождь. Странно, что дед с бабкой спорят о том, кому идти на улицу. Ведь на улице просто чудо какое-то, несмотря на ливень.
– Не дай бог простудятся, – бабка наблюдала за нами из окна. – Я тебя на улицу выгоню тогда. Даже если с неба кирпичи начнут падать. Псина бессовестная.
Дед только пожал плечами. Хотел сказать что-то в своё оправдание, но бабка так посмотрела на него, что он решил воздержаться от и без того не предоставленного ему слова.
Вернулись мы, естественно, насквозь мокрые. Бабка нас даже не пустила дальше порога.
– Скидайте одежду тут. И на печку сразу марш, – скомандовала она. – Дед, иди подкинь.
Дед подошёл к нам и по очереди посадил нас на печь.
– Да не их подкинь. Собака ты, не поддающаяся дрессировке.
– Ты меня теперь до конца дней своих будешь собакой погонять? – обиделся дед на бабку.
