Меня спасло то, что я не успел пройти вглубь, и между мной и другими игроками всё-таки было небольшое расстояние. Плюс они не знали, где точно я появлюсь, и рассеялись полукругом вокруг просторной лесной поляны, над плечом вжикнула стрела. А следом в спину прозвучал крик:
— Не стрелять! Живым брать! — затем новый вопль:
— А ну стоять, гад, а то хуже будет."
"А это уже, видимо, мне, но что-то мне подсказывало, что соглашаться на это не стоит. Поэтому я поддал, еще петляя между растениями. Чувство опасности обожгло резко, словно удар тока, заставив дернуться в сторону, но слишком медленно.
В спину мне прилетело что-то обжигающе горячее похожее на жидкий кусок огня. Это ударило, сбив с ног, и я кубарем покатился по земле. Затем снова вскочив, не смог толком выпрямиться от боли в спине, рукой нащупал на поясе карман с зельями лечение, а в шагах двадцати я заметил своих преследователей, шумно ломящихся через лес.
Содержимое бутылочки с горьковатым привкусом ль тся в рот, смывая боль от ожога на спине.
В метрах пяти от меня виднелось поваленное дерево, к нему-то я и побежал, укрывшись за стволом. Торопливо активирую кнопку выхода на браслете, с удивлением заметив, что время до выхода увеличилась в десять раз. Что-то многовато и, скорее всего, это случилось непросто так. Но больше времени мне думать не дали.
Первые из врагов показался из-за деревьев в шагах десяти от меня, вскинув дубинку и прикрывшись щитом, рванул ко мне напрямик, чтобы, не пройдя и пары шагов, заполучить стрелу в бедро.
Игрок падает на землю с воплем и хватается за раненную ногу, крикнув:
— Осторожно, он стреляет.
«А что мне ещё с вами делать?» — удивился про себя я, тем более не я это первый начал. Отточенные на тренировках рефлексы мне очень здорово помогали, не давая отвлекаться на лишние мысли. Шаг, ещё шаг назад, не хочу быть статичной мишенью, которую так легко обойти и окружить.
Словно подтверждая правильность моих мыслей, сразу двое в шагах восьми выбежали из-за кустов, одетые в маскхалаты, напоминавшие траву.
Каждый из них держал по бутылке из тёмного стекла, которыми они бросались в меня на поляне. Не знаю, что это такое, да и не стремлюсь знать. Щелчок арбалета, и стрела разбивает одну из бутылок, уже вскинутую для броска, и моих преследователей окутывает черный дым, заставив обоих рухнуть в судорогах на землю, после чего их начало трясти и тошнить.
«Нечего себе», — удивился я от увиденного. Это что же ещё такое было? Но долго мне думать было некогда.
