Безразлично листает мое резюме, кивает, мол, хорошо. Далее меня ждет долгое оформление в отделе кадров. Наконец, Архипов показывает мне мой кабинет и представляет моим сотрудникам. На меня смотрят десять лиц. С отпечатком интеллекта из них максимум пять. Остальные, видимо, чьи-то сыновья и дочки, пристроенные по связям. Ну что ж, и с этим придется разбираться.
— А с директором департамента меня познакомят? — спрашиваю Архипова после встречи с моим отделом.
— Да, он сегодня целый день на выездных встречах, но уже должен был вернуться.
Пойдём.
Его кабинет находится на моем же седьмом этаже, только в другом крыле. Пока мы идём, чувствую, как по позвоночнику пробегает озноб. Сама удивляюсь этому. С чего бы?
У директора департамента просторная приемная, в которой сидит секретарь. Хотя нет, она не секретарь. И даже не секретарша.
Она секретутка.
— Добрый день, Константин Дмитриевич, — подпрыгивает от неожиданности при виде нас.
На пухлых губах секретутки ярко-красная помада. Глубокое декольте блузки подчеркивает пухлую грудь размера так третьего.
У нее идеально выпрямленные чёрные волосы чуть ниже плеч, вздернутый нос и кукольно-большие глаза. Из-под стола виднеются длинные ноги в капроновых колготках и Лабутенах на длинных шпильках.
Во Франции ее бы на порог офиса не пустили в таком виде.
— Станислав у себя? — басит Архипов.
— Да, уже вернулся.
«Станислав».
Одно это имя разрядом тока прошибает. Как я отвыкла его слышать. Во Франции нет Станиславов, чему я была безмерно рада.
Даже просто имя вгоняет мне кинжал в сердце.
Пять лет прошло, а до сих пор больно, как будто все это было вчера.
Никогда, никогда, никогда его не прощу.
Архипов стремительно пересекает приемную по направлению к кабинету. Я поспеваю за ним, смотря себе под ноги. Ни с того, ни с сего разыгрались нервы. Не стуча, вице-президент распахивает дверь и проходит. Я тоже делаю шаг внутрь.
— Станислав, приветствую.
— Добрый день, Константин Дмитриевич.
Услышав голос, резко торможу, будто приросла к одной точке.
Поднимаю взгляд и… сердце пропускает удар. Быстро-быстро моргаю, надеясь, что в большом кресле сидит не тот человек, которого мечтаю никогда не встречать.
Но это он…
Тот, кто меня жестоко предал. Тот, кого я ненавижу. Тот, от кого я втайне родила дочь…
Не может быть… Голова кругом идет, дышать становится тяжело, будто весь воздух разом закончился.
— Полина, познакомься, — Архипов поворачивается ко мне.
