Потому что мысль заработала.
Если прийти к ней в темницу и просто попросить – она только посмеётся, скорее всего. Ну не бывает так, чтобы человек много лет пакостил другим и готовил себе уютную норку, а потом раз – и передумал! Вопрос – что мы сможем ей предложить. Жизнь? Ха-ха три раза. Или нет?
- Я вижу, наша принцесса уже задумалась, - улыбнулся советник Илларио.
Задумалась-то задумалась, но вот…
Правда, тут очнулся король.
- Вы говорите, королева? Постойте, но ведь мне сказали, она в отъезде и вернётся…
Всё так, я распорядилась не рассказывать королю о том, что королева под арестом, пока он не встанет нормально на ноги.
- Простите, батюшка, - повинилась я. – Это я распорядилась не волновать вас. Королева опаивала вас медленным ядом и окружала вредоносными чарами. И если бы не госпожа фея – вы бы уже отдали богу душу.
- И если бы не ваши дети, все, какие есть, и сыновья, и дочь, - дополнила фея, не оспаривая, впрочем, заявления о том, что она нам всем здорово помогла.
- И… где Лоэлия? – спросил король, вмиг помрачневший и сделавшийся очень серьёзным.
- Она под арестом, в темнице, вместе со своим сыном.
- Так это всё она? – в голосе короля было… сожаление.
Да, наверное, он хорошо к ней относился, может быть даже любил. А тут вот такое. С одной стороны любовь, а с другой – вот они, дети, и их, кажется, тоже нужно спасать.
- Ваше величество, - продолжила фея, - ваша дочь собиралась сделать всё, что от неё зависело, чтобы спасти своих братьев, но они ещё и ваши сыновья.
И наследники.
- Я понимаю, прекрасная госпожа, - вздохнул король. – Это неправильно – когда одна юная принцесса спасает всех, будто у нас в семье нет мужчин! Я сам поговорю с Лоэлией.
- Это хорошо, отец, но – не наедине, извините, - замотала я головой. – Мы четверо тоже будем присутствовать при вашем разговоре. И госпожа фея тоже.
- Пойдёмте в кабинет, - сказал король. – И приведите королеву из темницы.
В кабинете мы расположились так, чтобы в открытую дверь было видно только короля.
И королева попалась.
- Дорогой мой супруг, вы очнулись! – произнесла она самым нежным голосом, на какой только была способна. – Как я рада видеть вас в добром здравии!
- О нет, Лоэлия, пока ещё не в добром здравии, - покачал головой король.
- Но вам уже лучше, я вижу. Это замечательно. Скорей же распорядитесь, чтобы с меня сняли эту мерзость и освободили! – она показала на тонкую цепочку, висевшую поверх простого и практичного платья.
